Шрифт:
Размер шрифта:
Межсимвольный интервал:
Межстрочный интервал:
Цветовая схема:
Изображения:
Егоров Филипп Иванович — Олонецкий отряд.

Егоров Филипп Иванович — Олонецкий отряд.

Участники

Страна: РСФСР, Карелия Егоров Филипп Иванович - родился в д. Гиттойле, Рыпушкальской волости, Олонецкого у., Олонецкой губ., в семье крестьянина карела. Член КПСС с сентября 1918 г. В 1919—1921 гг. был председателем Олонецкого уездного комитета РКП(б), а затем председателем Олонецкого уездного ревкома. Принимал активное участие в борьбе с белофиннами в Карелии в 1919 г., командовал Олонецким коммунистическим отрядом. В последующие годы находился на партийной работе в Карелии и на политической работе в Советской Армии. Активный участник Великой Отечественной войны. Награжден тремя орденами Красного Знамени, орденом Красной Звезды, четырьмя медалями и Почетной грамотой Верховного Совета РСФСР. В то время, как белофинны наступали на Видлицу и на Туломозерском направлении, население Олонца и Олонецкой равнины не подозревало еще о событиях на границе. 22 апреля все занимались праздничными «пасхальными делами». Из города многие разъехались на праздник по деревням. Вечером 22 апреля штаб 171-го полка, находившийся в Олонце, получил донесение из села Тулоксы о начавшемся вторжении белофиннов. В нем кратко указывалось о бое, который ведут наши части в Тулоксе. Наступает ли регулярная финская армия, случайный ли это эпизод с зарвавшейся бандой диверсантов — еще нельзя было понять. Встреченный мною на улице комиссар 171-го полка Кимундрис никаких дополнительных сведений сообщить не мог. Мы на ходу сговорились, кому что делать: он должен был поехать в Тулоксу, чтобы выяснить там обстановку и действовать, а я, как уездный военный комиссар, — мобилизовать в Олонце силы для отпора врагу. Первым делом я отправился на телеграф, чтобы предупредить об опасности штаб военного округа в Петрограде, а также известить о положении дел губернский центр — Петрозаводск. Однако телеграфная линия Олонец — Лодейное Поле—Петрозаводск уже не действовала. Тотчас же возникла мысль о серьёзности создавшегося положения. Враг, по-видимому, действовал уже в тылу. Из села Мегреги, находившегося в 15 километрах от Олонца по дороге на Лодейное Поле, тоже никаких сообщений не поступало. Сделав распоряжение о сборе людей в военкомате, я вызвал несколько человек из караульной роты и передал им письменный текст донесения в Петрозаводск и Петроград. Он был примерно следующего содержания: «В Тулоксе идет бой с белофиннами, связь с Лодейным Полем прервана, подозреваю попытку окружения Олонца, прошу помощи». Одни за другим с небольшими интервалами отправились посыльные. Им был дан наказ разными путями, в обход Мегреги, достичь лодойнопольского телеграфа и передать наше донесение. Командир 171-го полка Стариков вскоре сообщил о занятии Тулоксы противником и об отходе наших частей на село Ильинское. Полк просил поддержки. Спустя некоторое время стало известно о бое под Мегрегой. Это означало, что противник наступает на Олонец и по лодейнопольскому тракту. Собрались коммунисты городской организации. Они решили приступить к организации обороны города, использовав для этого служащих военкомата и советских учреждений. В ближайшие волости и деревни направили связных. Оттуда сразу же стали прибывать добровольцы — советские служащие, коммунисты и крестьяне-бедняки. Начали создавать отряд. Две первые группы примерно по пятьдесят человек были отправлены в Ильинское для поддержки частей 171-го полка. Оружия и патронов было достаточно. Поэтому решено было не ограничиваться привлечением в отряд добровольцев и караульной роты, а мобилизовать в его состав всех способных владеть оружием из ближайших деревень. В короткий срок отряд был доведен до 250 человек. Наскоро научили бойцов обращаться с винтовкой. Между тем белофинны продолжали продвигаться к Олонцу как со стороны Мегреги, так и со стороны Ильинского. В город стали прибывать первые раненые. 171-й полк с боями отступал на Ильинском направлении, требуя поддержки. Отряд, созданный в Олонце, оказывал ему помощь. Но основное ядро отряда оставалось на крайний случай в самом городе. Вокруг города с вечера были установлены заставы для предупреждения внезапного нападения неприятеля. Положение становилось все более напряженным. Вскоре получили сообщение, что противник замечен в районе деревень Кукшигоры и Новинки, то есть в районе дороги Олонец — Петрозаводск. Отзвуки боя звучали все ближе и ближе. Поздней ночью все свободные от постов бойцы и коммунисты собрались в штаб отряда. Роздали патроны и выдали винтовки тем, кто еще не имел оружия. Я со всей откровенностью объяснил положение и призвал товарищей мужественно вступить в бой, если враг ворвется в город. Где обороняться, мы еще не решили. Было предложено избрать командира отряда. Тут же проголосовали за меня, а и, в свою очередь, назначил своих помощников и командиров подразделении. Ядро отряда составляли коммунисты, партийные и советские работники—председатель уездного Совета И. А. Никитин, член укома Н. И. Зузан, член уездного исполкома В. И. Васильев, уездный военный руководитель бывший полковник В. А. Текстер, сотрудники уездного военкомата В.С. Николаевские, И. Томашевский, С. Проскуряков, П. И. Кунжин, А. М. Веледеев, П. И. Журавлев, П. И. Егоров и многие другие. В отряде преобладала молодёжь, но было и значительное число пожилых местных крестьян. По национальному составу большинство в отряде составляли карелы. После пения «Интернационала» часть людей пошла на смену в заставы и дозоры вокруг города, другие остались ждать приказа. Враг подходил к Олонцу со всех сторон. Однако мы еще надеялись отбить белофиннов на В.А. Текстер главном, Ильинском, направлении. Не хотелось мириться с мыслью о потере города. Из скудных сил выделили ещё людей в поддержку 171-го полка, действовавшего на Ильинском направлении. Но отступление продолжалось. Надо было срочно принять план обороны. Ночью в штабе полка собрался Военно-революционный Совет, в который вошли Стариков, Кимундрис, Текстер, Никитин и я. На этом совещании, в конце концов, было принято решение прорываться на Мегрегу в лодейнопольском направлении. Отряд направился к деревне Судалице, расположенной в двух километрах от Олонца по дороге на Лодейное Поле. Здесь одна из рот 171-го полка вела неравный бой с наступавшими силами белофиннов. Приход нашего отряда к месту боя воодушевил бойцов. Несмотря на пулеметный огонь противника, отряд, с ходу развернувшись в цепь, перешел в наступление и с криком «ура» стал теснить белофиннов. Противник, не выдержав натиска, побежал. Бойцы роты и нашего отряда преследовали врага. Попытка белофиннов закрепиться в селе Юргелице, у школы, закончилась для них неудачей. Неотступно преследуя противника, мы подавили его сопротивление. Побросав снаряжение и оружие, белофинны бежали из Юргелицы, переправились через реку Мегрегу и стали отходить к деревне Усть-Инеме. В бою под Юргелицей, как стало известно позже, враг потерял 12 человек убитыми и 20 ранеными. Наши бойцы, преследуя противника, тоже перешли реку. Неприятель отходил так быстро, что мы с трудом поспевали за ним. Условия похода были довольно тяжелые. Стояла весенняя распутица. Белофинны отступали на лошадях, отобранных у крестьян, а наш отряд двигался пешком. И все-таки мы нагнали неприятеля в Усть-Инеме, где и рассеяли его остатки. Путь на Лодейное Поле был открыт. Олонец находился еще в наших руках, и положение начинало складываться благоприятно для нас. На следующий день рано утром наш отряд занял Сармяги, а разведчики дошли до побережья Ладожского озера. Мы направили разведку также к деревне Обже. Теперь можно было перейти в наступление на белофиннов. Мы наметили план: отряду лесами и болотами выйти па дорогу Ильинское — Олонец и ударить в тыл двигавшимся здесь на Олонец белофиннам. Части 171-го полка должны были одновременно ударить со стороны Олонца. Прекрасно зная местность, мы рассчитывали на внезапность нападения и успех операции. Для согласования этого плана я выехал в штаб полка, который после ухода из Олонца расположился в селе Мегреге. На совещании командиров в Мегреге план одобрили и были приняти меры, чтобы привести его в исполнение. Однако мы не сумели использовать выгоды создавшегося положения. Нам не хватало военного опыта. Вскоре выяснилось, что части 171-го полка, не выдержав натиска белофиннов у села Туксы, сдали Олонец. Захватив Олонец, белофинны повели наступление на Юргелицу — Мегрегу. Теперь необходимо было вывести Олонецкий отряд на лодейпопольский тракт, но это можно было сделать только через деревни Усть-Инему и Мегрегу. Возвращение из Сармяги и Обжи в Усть-Инему было тяжёлым и затянулось до ночи. Тем временем 171-й полк отступил от Юргелицы и Мегреги в направлении к Лоденному Полю. Штаб полка в суматохе не поставил в известность наш отряд о своем отходе. Ничего не подозревая, Олонецкий отряд расположился на ночевку в Усть-Инеме, выдвинув заставу в направлении Сармяги. Беспокоило, однако, отсутствие сведений от штаба полка. Решили направить для связи с ним посыльных. Но неоднократно направленные для этого в Мегрегу люди не возвращались. Заподозрив неладное, мы выставили посты наблюдения и в сторону Мегреги. Только к утру, обманув бдительность белофинского часового, вернулся один из посыльных товарищей (В. И. Васильев). Он сообщил нам, что Мегрега занята интервентами. Нам некуда было отходить, кроме как на Мегрегу. Было заманчиво ударить врасплох по врагу. Но этот план отвергли, так как люди валились с ног от усталости. К тому же пулемётов, кроме одного легкого «льюиса», у нас не имелось. Патронов для серьезного боя не хватало. Силы белых были нам неизвестно. Решили отойти, минуя Мегрегу. Выручил одни местный крестьянин из деревни, в которой мы стояли. Прекрасно зная каждую кочку и канавку около Мегреги, он провел нас кустарником к мегрегскому кладбищу, расположенному за деревней по дороге на Лодейное Поле. Шел он вместе со мною впереди, отряд двигался за нами цепочкой. Лошадей пришлось бросить — вязли в снегу и могли выдать нас. Подойдя к кладбищу, крестьянин отказался вести дальше отряд, и я отпустил его. Находившаяся на кладбище застава белых заметила нас и обстреляла. Отстреливаясь, мы благополучно и вовремя проскользнули мимо заставы и вышли на дорогу к Лодейному Полю. Минут 15 спустя (как мы узнали потом), белофинны повели наступление на Усть-Инему, очевидно, разведав о нашем пребывании там. С группой бойцов я отправился в разведку в сторону деревни Инемские Мосты, так как нам было неясно, кем занята эта деревня. Отряд же должен был двигаться стороной от дороги по лесу. Выяснилось, что Инемские Мосты обороняют бойцы одного из подразделений 171-го полка. Вскоре подошел наш отряд и также занял здесь оборону. Все это было утром, а к вечеру того же дня белофинны атаковали наши позиции. Обойдя левый фланг, группа противника прорвалась к нам в тыл. Мы не успели да и не умели ответить на этот тактический ход противника. Пришлось отходить. Ненадолго задержав белых в районе деревни Утозеро, мы отошли дальше и заняли позиции у Александро-Свирского монастыря. Ночью пришла первая помощь: прибыли 47-й стрелковый полк Красной Армии и отряд Шатова из Петрограда. Они заняли окопы впереди отряда в двух километрах от Александро-Свирского монастыря. На другой день утром белые перешли в атаку, наши передовые части отошли к монастырю. Бой продолжался часа два. Мы понесли значительные потери. Прекрасно действовал в бою Текстер. В целом отряд проявил большую выдержку и отошел последним под натиском превосходящего числом и опытом противника. Наши части отошли к реке Свири у деревни Каномы. На следующий день мы снова выступили в направлении Александро-Свирского монастыря. Впереди нас действовали теперь 1-й финский, 47-й, 50-й стрелковые полки. На этот раз Александро-Свирский монастырь был освобожден от белофиннов. К этому времени на помощь к нам прибыли коммунистические отряды из Вознесенья и Лодейного Поля. Вскоре от интервентов были освобождены деревни Утозеро и Инемские Мосты. Белые укрепились в Мегреге. На совещании командиров в Инемских Мостах наметили план дальнейших действий. В ночь на 1 мая мы двинулись в наступление на Мегрегу. Около 5 часов утра 1 мая отряд занял позицию на правом фланге у деревушки, напротив мегрегского кладбища. При подходе к Мегреге произошло недоразумение. Застава белофиннов, находившаяся у кладбища, начала отходить, а мы, видя это, не могли стрелять из пулемета, так как впереди пулемета залег наш боец с винтовкой и, как мы ему ни кричали, не трогался с места. Двинется пулемет, и он двигается вперед. Оказалось, что это был солдат из 1-го финского полка, который не понимал по-русски. Так застава белых безнаказанно отошла, к тому же, лишив нас возможности внезапного нападения. Центральная группа должна была атаковать противника, двигаясь по тракту. Пулеметчики со станковым пулеметом следовали за ней. Мы с И. А. Никитиным шли тоже по шоссе, чтобы уточнить обстановку. Подойдя примерно на 200 шагов к Мегреге, мы попали под сильный пулеметный огонь противника и вынуждены были залечь. Стреляли из окошек сараев, с укрытых позиции и с колокольни церкви. Белофинны отошли на правый берег реки. Здесь в поле они рассыпались цепью и открыли огонь по отряду. Бой продолжался около трех часов. Наши попытки поднять бойцов в атаку и форсировать реку не удались, так как не было нужной связи между частями отряда. Необстрелянные еще вознесенцы и лодейнопольцы действовали вяло. Значительные потери понес Олонецкий отряд. На моих глазах был ранен подошедший ко мне Текстер, но, несмотря на ранение, старый воин остался в строю. Неопытные еще в боях части начали отход и потянули за собой других. Мегрега осталась за белыми. Однако после небольшой передышки, в результате нового наступления, село было взято. На другой день после занятия Мегреги Олонецкий отряд вместе с 47-м полком вел бои у деревень Наппулицы и Судалицы. Вскоре мы подошли к Олонцу. Согласно приказанию штаба участка один взвод отряда был направлен на поддержку 47-го полка, а другой (под командованием Петрова — бывшего унтер-офицера старой армии) — в обход белых, наперерез отступавшему из Олонца врагу, находившемуся у деревни Кунелицы. Резервный батальон противника, внезапно обстрелянный взводом Петрова, в панике бежал и увлек за собой другой батальон, встретившийся ему на пути. Мы имели в этом столкновении незначительные потери, но был убит сам командир взвода Петров. Это был один из способных командиров Олонецкой караульной роты. Он был беспартийным, но преданным Советской власти, храбрым молодым воином. Под натиском красных частей белофинны, не имея поддержки из резервов и опасаясь окружения, начали поспешно отходить из Олонца. В результате упорных боев, во время которых Олонец неоднократно переходил из рук в руки, город был окончательно освобожден от захватчиков. Широкие массы населения радостно встретили победителей. Освобождение Олонца показало непрочность положения белофиннов и заставило усомниться в победе их сторонников — кулаков и купцов. Однако белофинны пытались еще наступать. Севернее Олонца в разных пунктах они переходили в атаки. Так было у деревень Онкулицы и Коргалпцы, где Олонецкий отряд оказывал поддержку 1-му финскому полку. По положение в районе Олонца теперь было прочным, и фронт отодвинулся к Тулоксе. После освобождения Олонца отряд находился в распоряжении штаба олонецкого участка фронта. Не только с оружием в руках трудящиеся карелы боролись против белофиннов. Увидев подлинное лицо белых «освободителей», они всеми силами помогали Красной Армии. Только под угрозой оружия интервентам удавалось добывать подводы и фураж. В то время как наш отряд, насчитывавший сотни карел, мужественно дрался против врага, белофиннам так и не удалось привлечь к активным действиям против нас сколько-нибудь значительные силы из местного населения. Интервентам помогали только кулаки, купцы и бывшие чиновники, но эти люди не привыкли сами воевать. Они предпочитали расстреливать безоружных, случайно попадавших к ним коммунистов, их семьи и активистов-крестьян. За время боевых действий потери Олонецкого отряда составили около 50 человек. Большие потери понесла Олонецкая уездная парторганизация. Погибли в боях и были расстреляны многие лучшие организаторы в волостях: М. Е. Розенштейн в Видлице, Т. М. Королев и А. Ф. Ефимов в Ведлозере, Ф. И. Моряков в Верховье, Ф. В. Петров в Рыпушкалице и десятки других преданных товарищей. Страшная драма разыгралась в Олонецком уезде. Кровью пахла карельская земля. Белые палачи расстреляли 26 раненых красноармейцев в больнице города Олонца. Семьи многих бойцов отряда были расстреляны, хозяйства разрушены. После освобождения города и уезда мы снова начали сколачивать партийную организацию. 23 августа 1919 года в Олонце была создана комсомольская ячейка. В боях против белофиннов вместе дрались русские, карелы п финны. Интернациональное братство трудящихся скреплялось кровью на полях битв. Геройски дрались русские бойцы. Большим мужеством в боях всегда отличались бойцы 1-го финского полка, бывшие финские красногвардейцы. Среди них был Тойво Антикайнен. Нельзя не признать и исключительного героизма, с которым дрались за власть Советов бойцы из местных олонецких карел. Они были слабо подготовлены в военном отношении. Но несмотря на это вместе с Красной Армией они беззаветно боролись за право на свободную и радостную жизнь без господ, за Советы, за союз с братским русским народом. Вместе с частями Красной Армии они перенесли на своих плечах тяжесть первых ударов и шаг за шагом, упорно, в ряде боев обессиливая противника, подготовляли день окончательной победы. Источник: (1963) За Советскую Карелию. Воспоминания о гражданской войне - Стр.236-245
 
33

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасибо!Мы прочитаем Ваше сообщение в ближайшее время.

Ошибка отправки письма

Ошибка!В процессе отправки письма произошел сбой, обновите страницу и попробуйте еще раз.

Обратная связь

*Политика обработки персональных данных