Шрифт:
Размер шрифта:
Межсимвольный интервал:
Межстрочный интервал:
Цветовая схема:
Изображения:
Воспоминания Ф.В. Варжунтовича. В истрибительном батальоне

Воспоминания Ф.В. Варжунтовича. В истрибительном батальоне

Участники

Страна: СССР Варжунтович Федор Владимирович (1896—1944). До войны работал десятником стройконторы Беломорско-Онежского пароходства. В июне 1941 г. добровольно вступил в истребительный батальон г. Петрозаводска в качестве пулеметчика. Принимал участие в обороне Петрозаводска. Со взводом бойцов истребительного батальона прикрывал отход своих товарищей. Получил 14 ранений, но не покинул поле боя. Награжден орденом Красного Знамени. Вместе с другими водниками в июле 1941 года я добровольно записался во второй истребительный батальон Петрозаводска. Нас определили в третий взвод, который с первого же дня назвали взводом моряков. Командовал им начальник службы экипажа Беломорско-Онежского пароходства В. М. Исаков. Помню, как-то в середине июля, днем получили срочный приказ. Предстояла сложная боевая операция. Сборы были, конечно, недолгими. Мне приказали сдать винтовку, получить ручной пулемет типа «маузер». Батальон на автобусах и грузовых машинах направился к Пряже. Здесь нас предупредили, что поедем еще дальше, но враг рядом, и надо быть наготове. Утром приехали в деревню Колатсельга. Это примерно в 150 километрах от Петрозаводска. И сразу же пришлось принять бой. Открыли огонь финны, закрепившиеся в Кяснясельге. Наши бойцы заняли удобную позицию на возвышенности у дороги. Впереди лежало болото. Перестрелка все усиливалась, раздавались автоматные и пулеметные очереди. Взводу моряков и второму взводу было приказано прорвать линию обороны противника и занять высоту у деревни Кясняселькя. Многие бойцы были уже немолодые, но все действовали решительно. Ползли через болото, потом вброд перешли речку и с боем дошли до озера. Быстро смастерив легкие плоты, переправились через него и под прикрытием пулемета заняли высоту. Оборону здесь держали всего- 30 бойцов. Вскоре разведка установила, что мы имеем дело не с малочисленной группой вражеских солдат, направленной на какую-то диверсию, а с превосходящими во много раз силами противника, имевшего артиллерию и танкетки. Финны нас заметили и, видимо, решили захватить в плен. Сделали попытку обойти нашу группу со всех сторон. То тут, то там мы слышали возгласы на ломанном русском языке: «Карел, иди к нам». Правильно оценив обстановку, наше командование решило организовать отступление на более выгодную позицию. Под, прикрытием моего пулемета ребята отошли на соседнюю высоту, где была организована круговая оборона, выставлены наблюдательные посты. Мы видели, что немало врагов передвигается по дороге, что у них разнообразная военная техника. Противник снова пытался окружить нас. Командозание приказало прорвать цепь врага и лесом выбраться из тесного кольца. Это нам удалось сделать без шума, организованно. Враг открыл пулеметный огонь, но было уже поздно. Между тем финны продолжали прочесывать придорожный лес. Слышалась команда в стороне высоты, где оставался наш батальон. — Что с нашими? — спрашивали бойцы. Надо соединиться с батальоном. Не оставлять же в беде своих! И только вечером двум взводам удалось приблизиться к батальону, но пробиться в его расположение мы так и не смогли. Враг поливал нас автоматным и пулеметным огнем, кругом рвались снаряды. Все туже сжималась тесным полукольцом цепь врага, отрезаны были пути в сторону, где оборонялся наш батальон. Вскоре огонь противника начал стихать. Командир А. А. Семергеев объяснил, что мы отрезаны от батальона, находимся в тылу у противника, и в заключение сказал: «Будем пробиваться к своим». Выбрались на дорогу. Разведка установила, что финны по-прежнему прочесывают лес. Мы отошли на северо-запад по занятой финнами территории и пересекли дорогу, продвигаясь на восток. Обессиленные боем, голодные, после нескольких дней скитаний, мы едва добрались до деревни Саригора. В деревне оказались советские люди, не успевшие уехать в тыл. С большим радушием встретили они нас, принесли нам домашний хлеб из овсяной и ячменной муки, молоко, творог. Как мы были рады этому! Старушки поделились последним. Только принялись за еду, как прибегает мальчик и говорит: — Дяденьки, финны с ружьями едут на велосипедах! Выбежали, разбились на две группы. Я с пулеметом был в головной группе А. А. Семергеева. Выбрал себе удобную позицию в стороне от дороги. Показались вражеские стрелки на велосипедах. Командир роты скомандовал — «К бою!» Дал короткую очередь, несколько финнов повалились с велосипедов. Прицелился лучше, выпустил вторую очередь. Финны залегли и открыли беспорядочный огонь. Не успели мы с ними покончить, как слышим звук моторов. Шло подкрепление на мотоциклах и автомашинах. Наши бойцы открыли дружный огонь. Под прикрытием танкеток финны упорно подползали к нам. Пошли в ход ручные гранаты. Вижу, убит боец А. Н. Гуревич— старший механик пристани Петрозаводск. Взрывы гранат участились. Вдруг у меня помутилось в глазах. Придя в сознание, увидел свой пулемет в стороне — разбит. Командир роты А. А. Семергеев лежит вниз лицом. Кругом слышна стрельба из автоматов. Через изгородь, заросшую рябиной и березой, вижу, на дорогу пробирается финн, не переставая строчить из автомата. Пошевелил я руками и ногам, и — словно обожгло. Но, пересилив боль, заставил непослушное тело повернуться. Еле дотянулся до винтовки убитого Гуревича. Прицелился, в упор застрелил финна. Справа от меня в кустах оказался второй автоматчик. Снова выстрелил, и снова удачно. В этот момент командир роты приподнял голову. Его лицо было все в крови, он еле произнес: — Варжунтович, отступай! Пользуясь тем, что командир роты отвлек на себя огонь, я пополз к изгороди. Двигаться было очень тяжело, тело ныло, страшно болела голова, тошнило, изо рта шла кровь... С трудом перебрался через изгородь и скрылся в кустах. Здесь меня встретили наши бойцы, среди них К. С. Найденко, номерной моего пулемета. Они подхватили меня, и с их помощью я добрался до ротного. Перевязав голову командиру роты, они оказали и мне первую помощь. После схватки нас осталось всего восемь человек. Тот своеобразный марш не забудется никогда. Волоча по земле винтовку, которая досталась мне на память от бойца Гуревича, я часто падал. Спасибо товарищам, они не оставили, поднимали на ноги и снова тащили за собой. Когда опасность миновала, все вспомнили, что давно ничего не ели. Увидели на краю болота морошку и незрелую чернику и с жадностью набросились на ягоды. Долго мы выбирались к своим. Лишь в Крошнозере встретились с бойцами Красной Армии. Здесь нам удалось сесть на автомашины и доехать до Пряжи. Там был наш батальон, отступивший после многодневных боев. Вместе с батальоном пришли в Петрозаводск. За этот поход многие бойцы истребительного батальона были отмечены наградами. В Указе Президиума Верховного Совета СССР значилась и моя фамилия. Источник: (1974) Незабываемое. Воспоминания о Великом Отечественной войне - Стр.211-214 (2020) Пряжинский район в годы Великой Отечественной войны. 1941-1945 - Стр.73-76
 
47

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасибо!Мы прочитаем Ваше сообщение в ближайшее время.

Ошибка отправки письма

Ошибка!В процессе отправки письма произошел сбой, обновите страницу и попробуйте еще раз.

Обратная связь

*Политика обработки персональных данных