Шрифт:
Размер шрифта:
Межсимвольный интервал:
Межстрочный интервал:
Цветовая схема:
Изображения:
Воспоминания А.П. Андрияновой-Ивановой (добровольно вступила в партизанский отряд «Боевой клич»). На всю жизнь

Воспоминания А.П. Андрияновой-Ивановой (добровольно вступила в партизанский отряд «Боевой клич»). На всю жизнь

Участники

Страна: СССР, Карелия 
Андриянова (Иванова) Антонина Павловна  - родилась в 1923 г. в Ленинградской области. Русская. Член КПСС с 1944 г. До Великой Отечественной войны работала электромонтером электростанции при депо ст. Петрозаводск. В сентябре 1941 г. добровольно вступила в партизанский отряд «Боевой клич». После расформирования отряда в 1944 г. — в рядах Советской Армии. Награждена орденом Славы 3-й степени и медалями. В настоящее время живет в г. Лиепая Латвийской ССР.
Когда началась война, я училась на курсах медицинских сестер без отрыва от производства. Работала электриком на восстановительном поезде и выезжала несколько раз на аварии. Под обстрелом и бомбежкой мы ремонтировали железнодорожные пути. Позднее меня зачислили в истребительный батальон, мы ходили на поиски и уничтожение десантов. Когда финны подошли к Петрозаводску, уже все были эвакуированы, я обратилась в политотдел Кировской железной дороги, попросила дать мне задание. Меня направили в небольшую группу, какую, мы пока не знали. Нас обучали совсем недолго, снабдили всем необходимым. Но пришел какой-то военный, со всеми поздоровался, посмотрел на меня, покачал головой и говорит: «Тебе, дочка, еще в детский сад нужно бы ходить, а ты куда собралась?». Так и не удалось мне участвовать в этом походе. Направили меня в партизанский отряд, который только формировался. В нем оказалось 7 девушек. Так началась партизанская жизнь: трудная, благородная, опасная. Первый поход: ночь идем, днем маскируемся и так трое суток. Наконец подошли к шоссейной дороге, залегли в кустах в засаду. Минеры быстро заминировали дорогу. Залегли, ждем. Вдруг видим, идет наша советская женщина и тянет за собой корову. Что делать? На дороге мина. На некотором расстоянии за женщиной двигались 30 мотоциклистов. Фашисты боялись мин. Если есть мины, то взорвется женщина, а они будут в безопасности. Положение было напряженным. Боец М. П. Дунин быстро переполз дорогу, увлек женщину с коровой в лес (враги не могли этого видеть, так как мешал небольшой поворот и кустарник). Наша мина сработала, враги налетели друг на друга, и здесь их настигли наши партизанские пули. Мы отошли в лес без потерь. Это было мое первое боевое крещение, которое осталось в памяти на всю жизнь. Мы находились все время в окружении врага, действовали мелкими группами, связи с населением у нас не было. Полностью рассчитывали сами на себя. Минировали дороги, рвали связь, делали налеты на финские пикеты, гарнизоны. А сколько было диверсий на дорогах. Помню, однажды перед новым годом, сидели мы в засаде на дороге, вдруг едут солдаты на 4 лошадях, везут военное имущество. Завязался бой. Лошадей, солдат, повозки — все уничтожили, продовольствие забрали. Финны везли новогодние подарки, письма, поздравления. Фашисты писали своим женам, матерям, что им нет жизни, нет покоя от «русских бандитов», так они называли нас — партизан, что даже во дворе приходится ходить с оружием. Много, очень много полегло врагов от наших партизанских пуль. А вот еще один эпизод, который также остался в памяти на всю жизнь. Это было тоже зимой. Нашему отряду «Боевой клич» дали задание ночью подойти к шоссейной дороге и сделать налет, по возможности, достать «языка». Основной отряд ушел в засаду к дороге, а наша группа из 14 человек осталась в тыловом охранении. Расположились мы на мысочке, справа — река, незамерзшая, впадает в большое озеро, слева — озеро. Отряд ушел от нас через озеро к дороге. Наша задача была такая. Когда отряд примет бой и будет отходить назад, то наша группа должна прикрыть его отход. Но получилось наоборот. Бой приняли мы. Ночью, двигаясь к дороге, мы не заметили, как пересекли финскую контрольную лыжню. Утром финны обнаружили наши следы, вызвали большой карательный отряд (наверное, около 150 человек) и пошли по нашим следам. Мы никак не ожидали, что враг придет с другой стороны. Но вдруг в нашем тылу слышим немецкую и финскую речь. Нас разделяло маленькое открытое болотце — метров 100—150. Они сели на сопке перекурить, разговаривали, смеялись, мы их очень хорошо видели. Старшим у нас был политрук К. А. Клюквин. Он дал приказание быстро всем перейти на другую сторону мыска и встретить врага огнем. Группа быстро переползла на указанное место и замаскировалась в снегу. Отряд карателей спустился с сопки на открытое болотце. Здесь их встретили наши пулеметные и автоматные очереди. Я не могу без волнения вспоминать этот бой. Их—150, нас — 14. У них сзади укрытие — лес, у нас — открытое озеро и незамерзшая река. Политрук посылает одного связного в отряд, другого, но безуспешно. А бой идет и идет... Появились раненые. Ранен А. А. Беляев. Смертью героя погиб пулеметчик А. Г. Смазнев — отец четырех детей, погиб молодой боец А. Ф. Гриненко. Враг нас окружает. Я вижу все это. Тащу раненого, стреляю, враги залегли, опять ползем, политрук дает приказание переправиться с раненым на другой берег озера. Не помню, сколько длился этот неравный бой, оставшиеся в живых под градом пуль и минометных разрывов отошли на другой берег. Уже здесь на другом берегу пал политрук К. А. Клюквин. Нас осталось 5 человек: Ф. А. Лазарев, раненый А. А. Беляев, П. Ф. Зубов, командир отделения М. Ф. Кузьмин и я. Что делать дальше? Куда двигаться, где отряд? Финны оправились и поняли, что нас осталось совсем немного, начали двигаться на наш берег. Зубов принимает решение — запутать следы и уйти от преследователей, но идти и прокладывать новую лыжню очень трудно, далеко не уйдешь. Тогда мы направились по первой попавшейся лыжне навстречу неизвестности (лыжня могла быть заминирована или привести к вражескому пикету), но нам ничего не оставалось делать, подошли к дороге, пересекли ее и начали углубляться все дальше и дальше в тыл врага. Пройдя километров 8—9, мы встретили свой отряд. Так мы потеряли 9 человек, среди них А. Г. Смазнев, А. Ф. Гриненко, К. А. Клюквин, а остальных не помню. Но все они дрались как герои. На другой день командование сводных отрядов выслало в район нашего боя группу с заданием — взять пленного; товарищи задачу выполнили и привели молодого финского офицера, который рассказал, что в этом бою была выведена из строя половина карательного отряда. Узнав о том, что его привели к партизанам, он даже на время от испуга потерял дар речи. Мне хочется сказать о командире нашего взвода Е. М. Мастинене — кареле по национальности. Он был очень смелым, умелым командиром, с ним никогда не страшно было ходить на задания. Помню также помощника комиссара по комсомолу Л. Г. Афанасьева, начальника штаба отряда И. Е. Голубева — смелого и энергичного, грамотного и умелого партизана; разведчика В. А. Васильева — беспощадного к врагам, чуткого и отзывчивого к своим боевым товарищам. Все это были замечательные люди. Не знаю, кто из наших друзей-партизан остался жив, так бы хотелось встретиться с ними, вспомнить былые походы. Источник: (1974) Незабываемое. Воспоминания о Великом Отечественной войне - Стр.232-235 (1990) За родную Карелию. Партизаны и подпольщики Воспоминания, документы - Стр.52-54
 
51

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасибо!Мы прочитаем Ваше сообщение в ближайшее время.

Ошибка отправки письма

Ошибка!В процессе отправки письма произошел сбой, обновите страницу и попробуйте еще раз.

Обратная связь

*Политика обработки персональных данных