Шрифт:
Размер шрифта:
Межсимвольный интервал:
Межстрочный интервал:
Цветовая схема:
Изображения:
Поттоев Фёдор Ефимович — На съезде разгорелась острая борьба.

Поттоев Фёдор Ефимович — На съезде разгорелась острая борьба.

Участники

Дата: 1 января 1936 г. Страна: СССР, Карелия Родился в 1893 г. в д. Гаф-Острове, Ребольской волости, Олонецкой губернии, в семье крестьянина-карела. Трудовую деятельность начал в 1906 г. Участвовал в первой мировой войне. В 1918 г. являлся одним из активных организаторов борьбы за Советы в Повенецком уезде, был избран членом исполкома и заведующим отделом управления Повенецкого уездного Совета. В сентябре 1918 г. Ф. Е. Поттоев вступил в члены большевистской партии. В последующие годы Ф. Е. Поттоев находился на руководящей советской работе в Карелии, был секретарем Центрального Исполнительного Комитета Карельской АССР. В 1937 г. Ф. Е. Поттоев стал жертвой вражеской клеветы, впоследствии реабилитирован. В городе Повенце и Повенецком уезде Советская власть установилась в феврале 1918 года. 30 января было созвано очередное уездное земское собрание. Уездный комиссар Временного правительства кадет П. М. Верховский выступил на собрании с резкой антисоветской речью. Он призывал гласных не признавать Советской власти, потому что «она не от Христа», и потребовал создания «сильной власти». Более откровенно выразил ту же мысль председатель Ребольской волостной земской управы кулак Нечаев. Тот прямо заявил, что «нашему мужику нужна только крепкая власть да палка». Во время работы земского собрания в Повенец приехали представители Петрозаводской организации большевиков, член губисполкома т. Тимонен. Он поставил перед земским собранием вопрос о признании Советской власти, но собрание не спешило с решением. Несмотря на это, т. Тимонен приступил к организации городского Совета в Повенце. 13 февраля состоялось собрание граждан города. Собрание вынесло решение: признать Советскую власть (против голосовало только около десяти человек). Был избран городской Совет, преимущественно из демобилизованных солдат и городской бедноты. На следующий день, 14 февраля 1918 года, Советскую власть признало и земское собрание. Оно сообщило об этом волостным управам и просило выслать делегатов в Повенец для избрания уездного Совета. Одновременно с этим земское собрание послало делегацию в Петрозаводск для выяснения положения в губернии. В делегацию вошли учителя П. С. Корзин и С. М. Фесвитянинов, бывший волостной писарь И. Ф. Еремеев и Ф. В. Нечаев. Возвратившись из Петрозаводска 23 февраля делегация доложила земскому собранию, что по всей губернии организуются Советы и Советская власть признана повсеместно. Вскоре начали прибывать делегаты из волостей, избранные на общих собраниях сельских обществ. Большинство делегатов состояло из демобилизованных солдат и почти все они были па стороне Советской власти. Делегаты вливались в состав земского собрания, а старые гласные, не получившие от волостей подтверждения своих полномочий, исключались из его состава. Таким образом, земское собрание превратилось в уездный съезд по организации Советской власти. На уездном съезде самым последовательным сторонником большевиков и наиболее способным организатором оказался делегат от Селецкого общества Богоявленской волости учитель В. Т. Гурьев, тогда еще не состоявший в большевистской партии. В состав первого исполкома Повенецкого уездного Совета вошли: В. Т. Гурьев — председатель, паданский учитель И. Ф. Григорьев — заместитель председателя, крестьянин-середняк из деревни Гимолы, Поросозерской волости, Н. П. Гарлоев, бывший председатель земской управы В. Н. Баженов, бывший член управы П. Я- Юшманов, начальник почтовой конторы И. И. Бряхкин, бывший судебный следователь Нифонтов, учитель С.М. Фесвитянинов, кузнец Лазарев и другие. В составе исполкома не было ни одного члена РКП(б). Последовательно проводивших большевистскую линию в Совете оказалось 3—4 беспартийных. Значительная часть остальных членов исполкома была на стороне эсеров, меньшевиков и даже кадетов. Таким образом, политическое лицо Совета было разнородным и малоустойчивым. Это сразу же сказалось на характере его мероприятий. Был создан совет народного хозяйства во главе с бывшим председателем земской управы В. Н. Биженовым. В его функции первое время входило руководство продовольственным делом, народным образованием, здравоохранением, агрономией, дорогами, словом, всем тем, что раньше находилось в ведении земской управы. Даже штат служащих остался почти без изменений. Позднее из совета народного хозяйства выделился самостоятельный отдел народного образования во главе с учителем Н. П. Ивановым. До этого при исполкоме работала культурно-просветительная комиссия, занимавшаяся преимущественно политпросветработой в самом Повенце. Ее возглавлял коммунист И. А. Яковлев, впоследствии назначенный губернским комиссаром финансов. Отдел здравоохранения выделился из совета народного хозяйства лишь к осени 1918 года. Земельные дела оставались до II съезда Советов в ведении уездной землеустроительной комиссии. Судебно-следственная комиссия состояла из мелких чиновников старого судебно-следственного аппарата. Финансовый комиссариат в уезде был создан весною 1918 года и в начале выполнял функции старого казначейства. Упорно не клеилась организация военного комиссариата. Первым военным комиссаром являлся делопроизводитель воинского начальника Ф. И. Ращупкин, но дальше мелкой пустой переписки дело у него не шло. По-настоящему развернулась работа комиссариата лишь с августа 1918 года, когда его возглавили комиссар Белгорайского полка Калинин и учитель Петровско-Ямской волости Я. Г. Савин — бывший офицер, вступивший в сентябре 1918 года в члены РКП(б). Организаторами Советской власти в волостях выступили уполномоченные и делегаты уездного Совета, а в ряде мест — учителя. Олонецкий окружком партии большевиков и большевистский губисполком оказали большую помощь в организации Советской власти на местах путем посылки в уезды и волости организаторов и агитаторов. Организация Советов в волостях прошла довольно быстро. Но наряду с преданными Советской власти людьми в некоторые Советы попали кулаки и другие враждебные элементы. Так, в Шунгской волости в волостном Совете оказались избранными бывший старшина И. И. Могучий, торговец Белоглазов и один бывший стражник. В Ребольской волости к началу 1918 года имелась значительная группа активных сторонников Советской власти — учителя: Н. П. Иванов, С. В. Семенов, С. М. Фесвитянинов, заведующий почтовым отделением Е. Ф. Еремеев и многие крестьяне бедняки и середняки. Учитель Н. П. Иванов явился организатором волостного съезда Советов. Кроме него в состав волостного Совета были избраны В. И. Каргуев, А. К. Лазарев, И. Ф. Еремеев и другие, но Еремеев, Семенов, Иванов вскоре выехали из Ребол, что значительно ослабило волостной актив. Позднее Ребольский Совет, возглавляемый Каргуевым, занял по отношению к Советской власти примерно такую же позицию, как Мурманский краевой Совет во главе с изменником Юрьевым. В организации Совета в Поросозерской волости большую роль играл крестьянин-середняк Н. П. Гарлоев, демобилизованный солдат старой армии. Воспитанный политическими ссыльными Н. П. Гарлоев твердо усвоил, что только большевики способны ликвидировать эксплуатацию и построить социализм. При создании Советов в Ругозерской волости ясно сказались результаты работы группы политических ссыльных большевиков, ивановских рабочих: С.И. Меденникова, В. С. Калашникова, Г. Г. Гнедина, которые находились здесь в 1913—1916 годах. Они сумели создать стойкий большевистский актив; волости. Именно поэтому с первых шагов своей работы Ругозерский Совет занял четкую классовую позицию. В первый состав Ругозерского волостного Совета были избраны Н. В. Архипов, В. В. Марков, И. Савельев, М. Я. Ипатов (председатель) и другие большевистски настроенные крестьяне. Позже всех в Повенецком уезде Советская власть была установлена в Мяндусельгской волости. Там Совет был создан лишь в конце марта 1918 года путем простой смены вывески. Председателем Совета остался бывший председатель волостной земской управы Михеев, а секретарем — бывший волостной писарь Анашкин. Уездный и волостные Советы основное внимание направляли на разрешение земельного вопроса, на снабжение населения продовольствием, на поддержку школ, на ремонт дорог и организацию заработков. Земельные переделы начали производиться с весны 1918 года. Отчаянно сопротивлялось земельным переделам кулачество. Весной 1918 года собрался II волостной съезд Советов в Ругозере, который должен был решить вопрос о земельном переделе. На съезде кулачество организовало блок с обеспеченным землей зажиточным крестьянством и провело в новый состав Совета кулацких ставленников. Земельный передел удалось провести в волости лишь осенью 1918 года после создания комитета бедноты. Землей наделялись в первую очередь малоземельные и безземельные крестьяне. Также дело обстояло и в других волостях. Несмотря на большие финансово-материальные трудности Советы не только сохранили в уезде школьную сеть без сокращения, но и приступили к организации детских садов и начали развертывать политикопросветительную работу, опираясь на активистов из молодежи, учителей и советских служащих. Уездный Совет летом 1918 года разрабатывал вопрос об организации учительской семинарии, но проведение этого мероприятия, как и многих других культурных и хозяйственных начинаний, было приостановлено белофинским нашествием. Ввиду того, что Повенецкий уезд, за исключением сельскохозяйственной Шунгской волости, являлся районом преимущественно лесным, вопрос об организации заработков населения был одним из первоочередных. С весны 1918 года уездный Совет начал ремонт важнейших дорог, связывавших волости с уездным центром. Вопрос об организации лесных заготовок не сходил с повестки дня уездного Совета. К осени 1918 года население уезда было обеспечено заработками. Советы с первых шагов встретились с тяжелыми финансовыми затруднениями. Правда, по неотмененным еще старым налогам и сборам были кое-какие поступления в порядке самотека. Но их было очень мало. В феврале 1918 года I уездный съезд Советов вынес решение: «Обложить имущие классы налогом». Вопреки этому решению уездный исполком 1 марта 1918 года постановил: «принимая во внимание полное безденежье Совета просить внести в казначейство Повенецкого уездного Совета крестьянских, рабочих и солдатских депутатов к 20 февраля (5 марта): Белова — 15000 рублей, Соболева — 12 000 рублей, Фофанова — 10 000 рублей, Белкина — 3000 рублей, Мартынова — 2500 рублей, Бабкина — 2500 рублей, Гроссмана — 2000 рублей, Анукова — 1500 рублей, Островского — 1500 рублей; всего — 50000 рублей, каковой заем может быть покрыт из имеющихся поступлений». Почему «просить» заем, когда съезд твердо решил «обложить имущие классы»? Ответ на этот вопрос мы находим при рассмотрении состава Совета, состоявшего в большинстве своем из бывших чиновников старых уездных учреждений. Члены Совета, проводившие линию на подавление буржуазии, находились в меньшинстве. Большевистская партийная организация в уезде еще отсутствовала. Внутри Совета происходила борьба между большевистски настроенным меньшинством и мелкобуржуазным большинством. Решение о замене обложения купечества «займом» свидетельствует о преобладании мелкобуржуазных элементов в Совете. Но по мере того, как в волостях организовывались революционные Советы и повышалась активность бедняцко-середняцких слоев, большевики в уездном Совете действовали все тверже и решительнее. Председатель исполкома В. Т. Гурьев, получив у Совета полномочия «принять самые решительные меры получения займа», превратил «заем» в обложение и заставил купцов внести полностью 50000 рублей. Этой суммы Совету на первое время было достаточно. Вскоре по решению губисполкома по всей губернии был проведен сбор чрезвычайного налога. Чрезвычайный налог в уезде тоже собрали полностью. Но при взимании его кое-где были допущены ошибки. В некоторых волостях зачислили в «буржуи» даже середняков. Так было в Шунгской волости. Эти ошибки принесли немало вреда Советской власти, что особенно проявилось осенью 1918 года во время кулацкого восстания в Шуньге. В марте 1918 года в исполком Повенецкого уездного Совета поступали донесения из Поросозера, Ребол, Падан о появлении в этих волостях отдельных белофинских банд. Волостные Советы просили оружие для организации отпора бандитам. Из Ругозера в начале апреля поступали сообщения, что из Кухмониэми через Кимасозеро по направлению к Кеми прошли отряды белофинских лахтарей численностью до 300 человек. Отряды были хорошо вооружены и имели при себе трехмесячный запас продовольствия. В Кимасозере белофинны созвали граждан и предложили присоединиться к Финляндии, однако собрание отвергло это предложение. 4 апреля 1918 года железнодорожники ст. Масельгской сообщили, что на территории уезда появились 500 белофиннов, которые рассеялись по разным деревням и проводят собрания с целью присоединения этой части Карелии к Финляндии. Агитируя за «добровольное» присоединение к Финляндии, белобандиты отбирали у населения скот, хлеб, совершали убийства сторонников Советской власти. Вторжение белофинских банд встретило сокрушительный отпор трудящихся Карелии. По всему Повенецкому уезду, также как и в других уездах Карелии, создавались боевые красные отряды из добровольцев, Председатель исполкома уездного Совета В. Т. Гурьев и начальник охраны уезда С. М. Фесвитянинов выезжали в волости для организации партизанских отрядов. В. Т. Гурьев добрался до Кимасозера — в тыл белофинских банд, только что выступивших из Кимасозера в направлении к Мурманской железной дороге. Здесь он созвал общее собрание граждан села. Несмотря на то, что волость с трех сторон была окружена врагами, собрание постановило не присоединяться к белой Финляндии и просило Советскую власть обеспечить население волости хлебом. В марте—апреле были созданы партизанские отряды в Святнаволоке, Сельге, Койкарах, Ругозере, Паданах, Поросозере. В апреле уездный Совет получил от губисполкома 500 винтовок, 100 берданок и 50000 патронов и передал все это местным партизанским отрядам. Пользуясь сложностью военно-политической обстановки, активизацией деятельности белофинских банд и местного кулачества, захватом Мурмана интервентами, меньшевики, эсеры и прочие антисоветские элементы уезда усилили летом 1918 года свою борьбу против Советской власти. 14 июня 1918 года открылся II уездный съезд Советов. Одновременно со съездом Советов был созван уездный съезд уполномоченных потребительской кооперации. Меньшевики и эсеры во главе с прибывшим в Повенец бывшим членом Учредительного собрания меньшевиком Шишкиным пустились в отчаянную агитацию на обоих съездах против большевиков, пытаясь завоевать делегатов на свою сторону. На съезде разгорелась острая борьба. Шишкин и его единомышленники обвиняли большевиков в узурпаторстве, призывали к созданию демократической республики и принятию «помощи» от иностранных интервентов. В работе съезда участвовал председатель губисполкома П. Ф. Анохин. Когда ясно обнаружилось, что большинство съезда на стороне большевиков, антисоветские элементы сделали попытку сорвать съезд. Но это им не удалось. Шишкин и его сторонники вынуждены были покинуть съезд. Большевики на съезде одержали полную победу. Однако в уездном аппарате окопалось много враждебных Советской власти элементов. Особенно много их проникло в совет народного хозяйства и даже в состав уездного Совета. Если большевикам удалось отстоять свою линию на II съезде Советов, то на съезд кооператоров большое влияние оказали меньшевики во главе с Шишкиным. Уездный союз кооператоров все время до прихода интервентов оставался под антисоветским руководством. Руководство союза пыталось организовать белогвардейскую пропаганду. С этой целью они оборудовали типографию и даже хотели издавать свою газету. После национализации первой типографии кооператоры пытались использовать вторую, но исполком не разрешил им сделать это. Союз кооператоров мало заботился о снабжении населения продовольствием, а занимался торгашеством, несмотря па то, что к лету 1918 года продовольственное положение уезда сильно ухудшилось. С лета 1918 года усилились происки белофиннов в пограничных волостях уезда. Кулачество Ребольской волости развило энергичную агитацию против Советской власти за присоединение к Финляндии. Особенно отличились в подрывной, антисоветской агитации кулаки Кюнттиевы. Бедняцко-середняцкое население волости враждебно относилось к белофиннам. Оно знало, почему финская буржуазия старается внушить карельскому крестьянину, что они братья по племени, и понимало, что вожделения финской буржуазии направлены на захват Карелии и ее природных богатств. Удаленная от основных центров пограничная Ребольская волость оказалась в тяжелом положении. Финская буржуазия, подготавливая захват волости и рассчитывая на недальновидность упорствующих крестьян, решила соблазнить их куском хлеба, сыграть на голоде. Заполучив откуда-то небольшую партию хлеба, белофинны решили предоставить этот хлеб в распоряжение окончательно продавшегося финской буржуазии Ребольского Совета. На 1 августа 1918 года кулаки назначили волостной съезд для решения вопроса о присоединении к Финляндии. Но и о таком важнейшем событии Ребольский волостной Совет ничего не сообщил уездному исполкому. Информацию об этом уездный исполком получил по прямому проводу от ребольского надсмотрщика телеграфа П. И. Турочкина. Он успел это передать в тот момент, когда белые входили в здание почты, чтобы, перерезать провод, прервать всякую связь волости с Советской страной. В работе волостного съезда участвовало все кулачество волости и вооруженные белофинны во главе с офицером Сарио. Чтобы гарантировать съезд от «неожиданностей», белофинны выставили пикеты по всем трактам. Заправилы съезда разыграли комедию «голосования». Делегатов съезда вывели на улицу, построили у стены и скомандовали: «кто за Советскую власть, пусть перейдет на противоположную сторону, через дорогу». Дорога шла параллельно стене, вдоль нее были построены вооруженные белофинны. Дорогу осмелились перейти только два делегата. К 2 августа 1918 года Ребольская волость фактически оказалась под властью Финляндии. После захвата Мурманска, Кеми и Сороки интервенты вели свое наступление на юг через Повенецкий уезд по трем направлениям — главное направление вдоль Мурманской железной дороги и обходные направления: первое — через Петровско-Ямскую волость на город Повенец, и второе — через Ругозерскую и Богоявленскую волости к станциям Масельгской и Медвежьей Горе. На железнодорожном направлении 16 августа 1918 года отряд Спиридонова вступил в бой с англо-французами около Сегежи. На Петровско-Ямском направлении 15 августа англичане и сербы заняли село Лапино. На Ругозерском направлении 22 августа противник занял деревню Воренжу, в октябре — северо-западную часть Ругозерской волости и захватил Кимасозеро. Уезд оборонялся лишь отрядами Спиридонова и Вастена и мелкими местными дружинами. Начиная с весны 1918 года через Повенец группами и в одиночку пробирались из разных частей Советской России на север к интервентам царские офицеры. Они были забронированы мандатами и удостоверениями, выданными верховной военной властью, многие из них были подписаны Троцким. Кулачество в волостях наглело. Например, в Богоявленской волости кулаки Андреев, Кузнецов, Тихонов, Романов, Естоев, Демоев, Степуков, поп Вознесенский и другие открыто выступали на собраниях против Советской власти, сколачивали антисоветские элементы на помощь ожидаемым с севера белогвардейцам. Спекулируя на голоде, они организовали вербовку наименее сознательной части молодежи в белую армию. Местные Советы, опираясь на вооруженные красногвардейские отряды, энергично боролись с кулаками. Ругозерские товарищи арестовали шпионов и контрабандистов. В Паданах волостной Совет арестовал группу ребольских кулаков, обменивавших на финскую контрабанду хлеб и оружие. Жестокий отпор кулацкой контрреволюции дал Святнаволокский отряд Красной Гвардии, находившийся с самого начала своей организации на полуказарменном положении. О боевом настроении бедняцко-середняцких масс свидетельствовали неоднократные приезды крестьян в Повенец за оружием для борьбы против белых. 25 августа 1918 года после длительной подготовки в Повенце была создана партийная организация, в нее вошли В. Т. Гурьев, О. В. Семенов, Н. П. Гарлоев, Ф. Е. Поттоев, А. Г. Яковлев, П. С. Корзин и другие, всего 7—8 человек. На организационном собрании ячейки мы зачитали устав партии по пунктам, на следующем собрании изучили программу. Петрозаводский окружком партии 28 августа 1918 года утвердил Повенецкую партийную организацию. Началось создание ячеек РКП(б) на местах. Шунгская партийная организация к осени 1918 года насчитывала 30 коммунистов. Была создана большевистская организация в Ругозере. В ноябре 1918 года И. Ф. Григорьев и И. Ф. Лебедев организовали партийную ячейку в Паданах численностью до 20 человек. В это же время были созданы большевистские организации в Мяндусельгской и других волостях, партийная ячейка на уницком лесозаводе. Ко II губернской партийной конференции в Повенецком уезде работало несколько крупных большевистских организаций: наст. Масельгской парторганизация насчитывала 180 коммунистов, в Повенце — 37, в Медвежьей Горе вместе с коммунистами 166-го Белгорайского полка — 300—400 человек. Коммунисты уезда вели большую агитационно-разъяснительную и организаторскую работу как среди железнодорожников и красноармейцев, так и среди крестьянского населения. Коммунисты 166-го полка, например, приняли активное участие в организации комитета бедноты. В этом деле нам помогли и рабочие большевики петроградских заводов, направленные в Олонецкую губернию в помощь местным организациям. Повенецкая городская партийная организация приняла на себя роль уездного партийного центра. В начале 1919 года состоялась первая уездная конференция РКП(б), на которой был избран уездный комитет партии, в его состав вошли В. Т. Гурьев, С. В. Семенов, Ф. Е. Поттоев, Калинин и др. Но и после создания уездного комитета основная руководящая роль в партийной жизни уезда сохранялась некоторое время за Повенецкой партийной организацией, которая на своих собраниях, как и до конференции, обсуждала все вопросы политической жизни уезда. Петрозаводский окружной комитет партии оказывал нам большую помощь в работе. Представители окружкома выезжали в Повенец и в волости, помогали выявлять и исправлять ошибки. Например, В. И. Репин помог местным активистам исправить существенные ошибки в отношениях к середняку в Даниловской и Римской волостях, организовал партячейку в деревне Пудожгоре, Римской волости. Губисполком посылал в уезд деньги и продовольствие и помогал в организации заработков для населения. Летом 1918 года были ранние заморозки, хлеба померзли. Год был неурожайный. Беднота во всех волостях голодала. Кулаки развернули бешеную спекуляцию хлебом. Кулачество пыталось натравливать голодающих на Советы и раздувать национальную рознь. Так, в июне 1918 года в Повенец из Даниловской волости на 40 подводах приехало за хлебом до 70 крестьян во главе с председателем волостного Совета. Явились в уездный Совет. Председатель волостного Совета, указывая на председателя и секретаря уездного Совета тг. Гурьева и Нестерова, заявил: «Вот кто не дает нам хлеба! Они весь хлеб направляют в карельские волости» (председатель и секретарь уездного Совета были карелами). После такого провокационного заявления полуголодные крестьяне, не разобравшись в деле, с криком набросились на Гурьева и Нестерова: «В окно их выбросить!» Но Гурьеву удалось доказать крестьянам правду и найти опору у самих же даниловцев. Среди них оказалось немало сторонников Советской власти. Впоследствии председатель Даниловского сельсовета сознался, что его на эти действия подбили кулаки. Назрела настойчивая необходимость сбить экономическую базу кулака, изъять у него излишки хлеба и передать их бедноте, организовать бедноту на борьбу с кулачеством. Партийная организация уезда взяла на себя инициативу в создании комитетов бедноты, используя аппарат продовольственной коллегии и опираясь на прибывший в Повенец 166-й Белгорайский полк. Организация комитетов бедноты прошла успешно. К ноябрю 1918 года в уезде было создано 128 комитетов бедноты, из них 8 волостных. Комитеты бедноты производили изъятие излишков хлеба у кулаков и учет урожая и снабжали хлебом голодающую бедноту. Только в одной Даниловской волости кулакам удалось склонить крестьян на отказ от учета хлеба и его перераспределения. Наиболее активно действовали комитеты бедноты в Ругозере и Шуньге. В Ругозере еще до приезда представителей из уезда был организован комитет бедноты и произведен учет и перераспределение кулацкого хлеба не только в амбарах, но и на полях. Комитет организовал бригады из бедноты, которые убирали конфискованный у кулаков урожай, а затем комитет распределял хлеб среди неимущих. Председателем Ругозерского комитета бедноты был В. В. Марков, позднее расстрелянный белобандитами, секретарем комитета был Н. В. Архипов. Однако эти смелые шаги не обошлись без жертв. Первой жертвой кулацкого террора в Ругозере стал член комитета бедноты В. И. Евсеев, руководивший молотьбой. Он был убит кулаками выстрелом в затылок во время дежурства в риге — при молотьбе кулацкого хлеба. В августе-сентябре 1918 года состоялся III волостной съезд Советов в Ругозере, на котором был избран большевистский Совет во главе с П. И. Агафоновым (председатель Совета, убит кулаками за то, что был активным проводником земельного передела) и Н. В. Архиповым. Большую активность проявляли комитеты бедноты в Шунгской волости. Но если в Ругозере, как и в большинстве других волостей, комитеты бедноты чутко относились к середняку и не подменяли собою органов Советской власти, то в Шуньге комитет бедноты допускал «левацкие загибы», задевая иногда и середняка, как при изъятии хлеба у кулаков, так и при взыскании чрезвычайного налога, которым должны были облагаться только буржуазия и кулачество, а отнюдь не середняки. Эти перегибы широко использовало кулачество в своей контрреволюционной агитации, приправляя ее провокацией и прямой, ничем не обоснованной, клеветой на членов комитета бедноты. К лету 1918 года в Повенецком уезде усилилась белофинская агитация за присоединение к Финляндии. Белофинское офицерье разъезжало по Ребольской волости с целью организации выхода ее из состава РСФСР и присоединения к Финляндии. Белофинские агенты появлялись даже в Паданах. В такой сложной обстановке Повенецкий уездный исполком 28—30 сентября 1918 года созвал в Паданах съезд делегатов карельских волостей. Еще на февральском уездном съезде делегаты карельских волостей поднимали вопрос о выделении карельских территорий Олонецкой и Архангельской губерний в особую административную единицу, входящую в состав РСФСР, и решили созвать съезд представителей карельских волостей для обсуждения вопроса об отношении карельского народа к Финляндии. На паданском съезде карел, кроме карельских волостей Повенецкого уезда, были представлены некоторые карельские волости южной части Кемского уезда. В качестве представителя уездного Совета на нем присутствовал председатель исполкома В. Т. Гурьев. На съезд приехали также представители финляндского революционного пролетариата Сирола и Вастен. Съезд выразил непреклонную волю трудящихся карел средней Карелии к сохранению и укреплению Советского строя в Карелии, как неразрывной части РСФСР. Не было ни одного голоса за присоединение к Финляндии. Выборные делегаты от трудящихся масс средней Карелин дали отпор всем тем, кто рассчитывал на присоединение Карелии к белой Финляндии. Они выразили готовность, если потребуется дать вооруженный отпор любым врагам Советской власти. Съезд имел большое значение для разъяснения широким массам трудящихся национальной политики партии большевиков и Советского правительства. Под влиянием партийного комитета значительно активизировалась работа уездного исполкома по снабжению населения продовольствием, организации лесозаготовок, укреплению обороны уезда от интервентов. Была организована закупка рыбы и дичи в волостях, закупка картофеля и овощей в Шуньге. Представители уезда командировались за хлебом в Орловскую губернию и т. д. В ноябре 1918 года продовольственное положение стало улучшаться. Развернулись лесозаготовки. Еще в сентябре при помощи 166-го Белгорайского полка был организован уездный военный комиссариат и стали создаваться военные комиссариаты в волостях. На II уездном съезде Советов многим казалось, что новый состав исполкома избран из людей преданных Советской власти. Однако с обострением классовой борьбы и углублением революции в деревне большинство членов Совета на деле показали себя как враги Советской власти. Такой состав уездного Совета становился нетерпимым. Роль партийных организаций уезда в этот период стала особенно ответственной. Повенецкая городская организация РКП(б) совместно с коммунистами 166-го Белгорайского полка 14 ноября 1918 года, опираясь на красноармейцев полка, а также на комбеды и трудящиеся массы в волостях, постановила распустить уездный Совет, избранные! на втором уездном съезде, и создать новый революционный исполком. В ревисполком вошли Гурьев, Корзин, Калинин, Щевьев, Семенов, Вотяков, Фофанов, Ипатов, Борисов, Иванов, Яковлев, Фейигольдт, Климов, Поттоев и Принцев. Председателем был избран В. Т. Гурьев, его заместителем — я, секретарем — С. В. Семенов. В воззвании к трудящемуся населению уезда революционный исполком и партийный комитет указывали, что организация большевиков, как часть единственной политической партии, стоящей всецело за интересы трудящихся, имела важные причины для столь решительного шага. Люди, оглядывающиеся назад, идущие по пути к соглашательству, не должны быть терпимы там, где строится новая власть — власть трудящихся. В исполкоме должны быть люди, поставившие себе целью борьбу за укрепление диктатуры пролетариата и освобождение трудящихся от эксплуатации и не останавливающиеся на пути к достижению этой цели. Повенецкий уезд в 1918 и 1919 годах был ареной частых нападений иностранных интервентов и белофинских лахтарей, а также кулацких восстаний. Осенью 1918 года имели место крупные контрреволюционные выступления кулаков в Шуньге и Поросозере. Шунгское кулачество, протащившее своих людей в Совет, использовав ошибки комитета бедноты, привлекло на свою сторону часть середняков и в ноябре 1918 года во время мобилизации в Красную Армию подняло восстание. Восставшие нарушили телеграфную связь с Повенцом, арестовали членов комитета бедноты, избивали советских работников и властвовали в течение трех дней, до прибытия из Повенца отряда в 70 человек с 2 пулеметами во главе с военным комиссаром Калининым и заместителем председателя уездной чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и спекуляцией Корзиным. Кулацкое восстание было подавлено и его вожаки арестованы. В Поросозерской волости комитеты бедноты не довели борьбы против кулаков до конца. Остались нетронутыми крупнейшие воротилы волости, которые вывозили в финляндию муку, а привозили оттуда контрабанду, но делали это не сами, а через подставных лиц. Их роль в вооружении белофиннов винтовками, скупаемыми у демобилизованных солдат царской армии, осталась недоказанной. В спекулятивно-контрабандные дела был замешан и член Поросозерского волостного Совета — председатель отдела народного образования М. П. Потапов. Будучи связан с кулачеством, Потапов сумел вовлечь в антисоветские махинации других членов волсовета — Г. И. Потапова и Г. П. Семенова (местные крестьяне). Эта кулацкая агентура в декабре 1918 года подготовила часть молодежи, подлежащей мобилизации в Красную Армию, разгромила склады волостного военного комиссариата и волостного Совета, забрала оружие и отправилась в Финляндию за помощью, имея целью присоединение Поросозерской волости к Финляндии. Через несколько дней кулацкая шайка бандитов во главе с Потаповым и с белофинскими офицерами совершила налет на Поросозеро и одновременно отрезала дороги на Повенец и Петрозаводск, захватив деревни Совдозеро и Пяльдозеро. 11 января 1919 года бандиты-авантюристы объявили приказ, что «согласно постановлению властей, находящихся в Поросозере, и комитета спасения родины все мужчины Карелии должны немедленно идти на поддержку власти в Поросозере и взять с собою винтовки, розданные Советской властью. Оружие сдать Ивану Гаврилову и Ивану Попову. За сопротивление и агитацию против настоящей власти виновные подлежат смерти на месте преступления». За свое трехдневное хозяйничанье в Поросозере бандиты успели наделать немало подлых злодеяний. Они убили волостного военного руководителя Журавлева, искололи штыками и убили милиционера Костина, увезли в Финляндию и там убили секретаря волостного Совета и начальника штаба обороны волости Анташкова, начальника милиции Попова, военкома Иванова и других. Крестьяне северных деревень волости собрались в деревне Клюшиной Горе и отправили двух делегатов с просьбой о помощи. В приветствии Повенецкому Совету они выразили готовность бороться за Советскую власть. Между тем, 40 человек крестьян, вооружившись, кто чем мог, без командира, направились на Поросозеро, послав туда предварительно разведку и выставив караулы по всем дорогам. Но когда разведка прибыла в Поросозеро, то отряд, направленный из Повенца, во главе с военкомом Калининым вместе с отрядом Бородкина уже разгромил бандитов, заставив непрошенных «повелителей всего карельского народа» спасаться бегством к своим белофинским хозяевам. * Воспоминания Ф.Е. Поттоева написаны в 1936 г. Печатаются с небольшими сокращениями.— Ред. Источник: (1957) В борьбе за власть советов. Воспоминания участников борьбы за установление Советской власти в Карелии - Стр.187-204
 
37

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасибо!Мы прочитаем Ваше сообщение в ближайшее время.

Ошибка отправки письма

Ошибка!В процессе отправки письма произошел сбой, обновите страницу и попробуйте еще раз.

Обратная связь

*Политика обработки персональных данных