Шрифт:
Размер шрифта:
Межсимвольный интервал:
Межстрочный интервал:
Цветовая схема:
Изображения:

Показания солдат и офицеров финской армии и свидетельства финско-фашистской и иностранной печати.

Финны

Страна: СССР Финский разбой официально подтверждается докладной запиской финского офицера «просвещения» 6 армейского корпуса за № 569 от 28.8.1941 г., в которой говорится: «Солдаты забирали из сараев готовое сено ... Весенние посевы, и особенно овес, уничтожали и скармливали лошадям. Во многих местах солдаты портили дорогие и дефицитные рыболовные снасти ... Из мелкой утвари солдаты забирали небольшие иконы, медные образа и прочие вещи. Забирали у семей корову и последнюю курицу». Солдаты финской армии грабили все, что попадало под руку, и все, что видели их воровские глаза. «Мне ничего не посылай, я сыт, — писал домой шюцкоровец Хайконен. — Мы заходим в колхоз и, на глазах оставшегося населения, забираем свиней, режем и варим их в свое удовольствие». Из дневника лейтенанта Нуклер: «Вечерами занимаемся «добыванием». Добыли два самовара, картошки, мороженой брусники, грибов». Солдату Теуво Хууско пишет его брат Укко А. Хууско: «Вейкко задушил одного русского и добыл у него много всякой всячины, как-то: золотые часы, бинокль, пистолет, компас, три золотых зуба и прочую мелочь. Здесь ребята, которые не поленились переворачивать трупы, здорово поживились». Летчик Риппиля похвалялся в письме перед своей невестой: «А посмотрела бы ты, как пытались спрятаться от наших пуль эти беженцы из Энислинна. Но наши пулеметчики не зря учились стрелять». Солдат 101 финского пехотного полка Аарнэ Энсио Мойланен рассказал: «Разведывательно-диверсионный отряд, участником которого я являюсь, поджег деревню Койкари... женщины бежали нам навстречу и просили их не расстреливать. Мы изнасиловали некоторых из этих женщин и расстреляли всех. Никого не оставили. У меня в памяти осталась красивая девочка, которую мы с товарищем изнасиловали, а после расстреляли». Пленный солдат Раяламни заявил: «По приказанию подполковника Косинмаа мы сожгли деревню Витсиваара». Пленный солдат 5 егерского батальона Вильё Суутари показывает: «Однажды в лесу, в полутора километрах от деревни Паданы, мы набрели на сарай, в котором обнаружили двух стариков 60 лет, оказавшихся советскими гражданами. На другой день лейтенант Мериканто вызвал меня и моих трех товарищей — Лайтио, Лехтинен и Нурми — и сообщил, что нам разрешается расстрелять стариков. Я не отказался от расстрела этих людей потому, что имел желание расстрелять их лично. Ведь задержал их я. Когда мы довели этих двух советских граждан до указанного места, мы заставили их вырыть себе могилы и по команде прапорщика Эломаа попарно произвели по ним огонь. Я и Лехтинен расстреляли одного старика, а Нурми и Лайтио другого». Январской ночью 1942 г. финский батальон, проникший в наш глубокий тыл, находился в боевой готовности. 500 финских солдат и офицеров окружили советский поселок Майгуба, в котором не было ни одного взрослого мужчины. Поселок спал мирным сном. В этот час состоялся сбор командиров взводов финского батальона: убийцы готовились к расправе со своими жертвами. «Командир роты капитан Пуустинен, — показал один из участников этого разбойничьего налета военнопленный В., — позвал к себе всех командиров взводов и дал приказание сжечь все дома и постройки в поселке. Командир нашего взвода лейтенант Ахвенайнен, передавая приказание Пуустинен своему взводу, добавил: «Если услышите, что в домах есть люди, то забросайте окна гранатами, а потом зажигайте дома». Я слышал взрывы гранат во многих домах. Видимо, и другие взводы поступали таким же образом»... «Другие взводы» поступали именно так, как им предписывало финское командование. Поселок был объят пламенем. Стоны и плач женщин и детей не были слышны — все заглушали взрывы гранат, грохот обрушивающихся домов. Солдат Хуго Юссила из 985 противовоздушной роты, взятый в плен 1 июля 1942 г., показал: «В селе Паданы несколько сот человек местных жителей. Большая часть из них — коренные жители села, а остальные собраны из окружающих деревень. Без разрешения отлучаться из села никому нельзя. Все гражданское население привлечено к работам. Каждый должен работать под надзором охранников. Власть в селе принадлежит военному коменданту майору Кивикко». Солдат Паули Кивеля из 5 пехотного полка, взятый в плен 8 апреля 1943 г., показал: «В деревне Паданы и Селща я видел мирных людей. Они используются на разных работах. Они голодают. В деревне Сельга я прочитал приказ финского командования, где говорилось, что за появление на улице после 10 часов вечера — расстрел». Солдат Лео Тойвонен из 3 пехотной бригады, взятый в плен 8 апреля 1943 г., показал: «В селе Паданы имеется гражданское население. Когда я был там, всех граждан русской национальности отправили в Финляндию». Капрал Эско Хелстен из 15 отдельного саперного батальона, взятый в плен 25 марта 1943 г., показал: «Мирное карельское население я видел в дер. Толвуя. Из маленьких деревень жители согнаны в одно место, чтобы легче было следить за их поведением». Солдат Эйно Хусу из 21 отдельного батальона, взятый в плен 26 февраля 1943 г., показал: «В Петрозаводске я видел ваше мирное население. По улицам им не разрешается ходить. На вокзале раньше дети занимались попрошайничеством у финских солдат, а теперь это строго запрещено». Солдат Эркки Хейсканен из 3 пехотной бригады, взятый в плен 15 сентября 1942 г., показал: «На улицах города Петрозаводска мы встретили испуганных женщин с детьми на руках. Наши газеты утверждали, что гражданское население завоеванных районов получает такой же паек, как и население Финляндии, но это не верно. Вид советских граждан свидетельствует о том, что они сильно голодают». Пленный финский солдат Суло Иоганнес Ахо из 2 отдельного батальона береговой обороны рассказал: «В деревнях, расположенных на западном берегу Падмозеро, и в деревнях южнее этого озера имеется гражданское население, состоящее из русских и карел. В большинстве своем это женщины и дети. Финские военные власти держат их здесь на положении заключенных и в принудительном порядке заставляют выполнять тяжелые работы. Все лето и осень истекшего года население работало на нолях, урожай с которых был целиком реквизирован для финской армии. В деревне Мустово находится подсобное хозяйство нашего второго батальона. Ему передано около 80 голов скота, отобранного у местного населения. Местных жителей принуждали работать в этом хозяйстве, которым заведовал один сержант — щюцкоровец. Он избивал подростков в возрасте 15 лет за то, что те не в силах были выполнить установленную им норму выработки. Это, конечно, проходит для щюцкоровца безнаказанно, так как подобное отношение к советским людям считается нормальным. В течение лета 1943 года было согнано свыше 200 человек, главным образом подростков, из ближайших деревень на строительство дороги в районе Толвуя и пристани Шитики. Все эти люди работали под охраной финских солдат, как заключенные. Никакой оплаты за этот каторжный труд население не получало. Офицеры и солдаты, несущие охрану лагеря для мирного населения, чувствуют себя здесь полными хозяевами и делают с людьми, что хотят. Много местных девушек ими были изнасилованы». В найденном у капрала Унто Пуккила письме от друга из Хельсинки есть такие строчки: «Изрядно выпив, мы приволокли к себе трех русских девушек-пленниц российской Карелии. Мы оставили их в чем мать родила. Они сопротивлялись, но мы досыта над ними потешились». Перебежчик младший сержант финской армии Юхо Перяярви, комендант Военного Управления Восточной Карелией в деревне Толвуя Заонежского района, 27 июня 1944 г. рассказал: «Я служил комендантом Военного Управления Восточной Карелией, которое осуществляло руководство сельскохозяйственными делами в Восточной Карелии. Военное Управление Восточной Карелией расположено в Йоэнсуу. Начальником Управления является генерал-лейтенант Араюри. Военное Управление делится на три района: Беломорский, Олонецкий и Масельский. Последний район недавно был ликвидирован и передан Беломорскому и Олонецкому районам. Начальником Олонецкого района является подполковник Кесямаа, начальником земельного отдела этого же района — майор Калтио. Начальником Беломорского района является полковник Хирвикоски, начальником земельного отдела — капитан Коскинен. Военное Управление объединяет государственные угодья и одновременно руководит сельскохозяйственными делами среди местного населения. На государственных угодьях работали местные жители в принудительном порядке. Тех, кто отказывался выполнять задания, угоняют в концентрационные лагери. Заработная плата за труд определялась от 7 до 20 марок в день. Поэтому работающие живут всегда впроголодь. В 1941 году населению было предложено в принудительном порядке отдать Военному Управлению весь скот и сельхозинвентарь, причем 40 процентов коров уходило на снабжение армии. Осенью 1943 года и весной в 1944 году Военное Управление стало продавать населению отобранных ранее у них коров и лошадей. Таким образом, крестьяне вынуждены были выкупать им же принадлежащий окот. Сельскохозяйственный инвентарь также был отобран и в последующем продавался населению, как и скот. За худую корову, очень часто безмолочную, крестьяне вынуждены были платить 3500—4000 марок, а за плуг или соху 70—100 марок. Лошадей продавали также самых плохих, по стоимости до 12 000 марок. О плохом состоянии лошадей говорит тот факт, что население не в состоянии было провести полностью весенний сев весной 1944 года. Даже молоко от своих коров крестьяне вынуждены были выкупать, уплачивая по 4 марки за литр. Финские власти всячески натравливали карел на русских и наоборот. С этой целью также были введены различные паспорта. Русские имели паспорта с обложкой красного цвета, карелы с обложкой желтого цвета. Русские не имели права выходить за пределы границ своей деревни без разрешения коменданта. За нарушение порядка (выход за границы деревни и др.) люди арестовывались военной полицией на срок от 10 до 14 суток. В некоторых деревнях, как например, Великая Губа, Великая Нива и др. (Заонежский район), были организованы школы, в которых обучались дети. Учителями в школах были финны, присланные из Финляндии. Программы обучения включали в себя историю Финляндии, которая давалась в пределах новых границ (Великая Финляндия), т. е. почти до Урала. В программах Карелия выделялась как земля, исторически принадлежащая Финляндии. В темах по истории учащимся внедрялось, что русские были постоянно врагами финского народа. Население держалось в неведении всех текущих событий. Оно было лишено радио и газет. Единственная газета, которую получало население, была «Северное слово». Эта газета была предназначена для военнопленных. Издавалась она на русском языке». Военнопленный 2-й роты отдельного финского батальона младший сержант Илмари Вийтала, захваченный в плен 4 Июля 1944 г., показал: «Комендантом г. Петрозаводска был издан приказ, которым запрещалось финским солдатам и офицерам общаться с русским населением. Все русское население, от детей до стариков, было посажено в концлагеря. В Петрозаводске было шесть концлагерей для гражданского русского населения. В лагере № 5, который размещался в погрангородке, недалеко от вокзала, находились мальчики и девочки 12—15 лет. В августе или в сентябре 1943 г. в этом лагере было расстреляно несколько детей. Финские власти объявили, что расстрел был произведен «при попытке к бегству». Условия для детей были кошмарные, их заставляли работать насильно, никто не лечил их, кормили исключительно плохо. В лагере свирепствовал тиф, в результате которого погибло много детей. Начальником лагеря № 5 был лейтенант Луккаринен. В лагере № 3, который размещался в здании лыжной фабрики, находились женщины с грудными детьми. Условия для заключенных были созданы исключительно тяжелые. Из детей и женщин многие умирали. В лагере № 2, который находился в студенческом городке, сидели дети, женщины и старики. Все лагери были обнесены колючей проволокой, высотой до 3-х метров. В районе лагеря № 3 из квартир, где жили русские, свозилась вся мебель, ломалась и сваливалась в одну кучу. Это было сделано для того, чтобы показать заключенным, как финны обращаются с их имуществом. Все ценные вещи: одежда, обувь, пианино и рояли отправлялись в Финляндию. Начальником военной полиции Петрозаводска был лейтенант Кантонен 30—35 лет. Он чрезвычайно жестоко обращался с русским населением. Все грабежи в квартирах русских и вывоз вещей в Финляндию делались по прямому приказанию лейтенанта Кантонен». От Мартти Пелтомяки, солдата 1-й роты ПВО ППК 9293. Домашний адрес: Мери-Карвиа, Юликюля, Финляндия: «Я служил в 1-й роте противовоздушной обороны. Служа в Петрозаводске в концлагере № 2, я видел однажды, как заключенных избивали резиновой палкой, одного до потери сознания. Двое мужчин сбежали, их задержали около Свири. Одного из них били до тех пор, пока тот не потерял сознание. Я лично видел это. Из окна комнаты, где мы находились в охране, хорошо видно было место, где производились избиения. В избиении в первую очередь участвовал начальник лагеря. По его приказаниям били заключенных. Начальником лагеря служил лейтенант Тимо Салаваара. В избиении участвовал также фельдфебель лагеря и старшина. Избиение происходило в комнате конторы на столе. Наказываемого держали за ноги и за голову и били по спине. Таких случаев было 2—3 ежедневно». 12 июля 1944 г. Командованию Красной Армии по просьбе солдата 1-й роты ПВО Урхо Ансели Юссила написал солдат Мартти Пелтомяки: «Будучи в охране концлагеря № 6, весной 1942 г. я был очевидцем следующего случая: начальник лагеря прапорщик Ярвинен бил резиновой палкой одну женщину. В контору, где происходило избиение, пришел солдат Тикканен и сказал, что начальник слишком слабо бьет женщину. Солдат Тикканен взял резиновую палку и продолжал избиение. Вначале женщина стояла, а затем упала на пол. Несмотря на это, избиение продолжалось. После избиения женщину бросили на гауптвахту. В 1942 г. гауптвахта не отапливалась. Также я часто видел, как прутьями били мальчиков за то, что они уходили в город. Кроме вышеуказанных, в избиениях принимал участие младший сержант Хирвонен». 12 июля 1944 г. Источник: (1945) Чудовищные злодеяния финско-фашистских захватчиков - Стр.53-60
 
29

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасибо!Мы прочитаем Ваше сообщение в ближайшее время.

Ошибка отправки письма

Ошибка!В процессе отправки письма произошел сбой, обновите страницу и попробуйте еще раз.

Обратная связь

*Политика обработки персональных данных