Шрифт:
Размер шрифта:
Межсимвольный интервал:
Межстрочный интервал:
Цветовая схема:
Изображения:
Носов Александр Васильевич — На Мурманской железной дороге.

Носов Александр Васильевич — На Мурманской железной дороге.

Гражданские

Страна: РСФСР, Карелия Носов Александр Васильевич родился в Петрозаводске, в семье служащего. С 1916 г. начал работать на Мурманской железной дороге счетоводом. Член КПСС с февраля 1918 г. В годы гражданской войны — член оргбюро союза железнодорожников Мурманской дороги. красноармеец, начальник политотдела 3-го и 4-го районов Мурманской дороги, член Олонецкого губкома РКП (б). В 1929 г. окончил Ленинградский технологический институт и работал на различных заводах по специальности. В последние годы жизни — персональный пенсионер. Незабываемая для меня дата — 25 февраля 1918 года. В этот день я был принят в ряды РКП (б). В то время я работал па Мурманской железной дороге и состоял в партийной организации станции Петрозаводск. Первые мои воспоминания о партийной жизни относятся к частым—два, три раза в неделю — занятиям военным делом и к еженедельным партийным собраниям с обязательным первым докладом «О текущем моменте». По докладу всегда выносилась резолюция, отмечавшая нашу оценку политического положения и задачи, вытекавшие из этого положения. Собрания заканчивались пением «Интернационала». Железнодорожные организации в то время были построены следующим образом. Руководящим партийным органом на дороге был дорожный комитет РКП (б). Органом Советской власти являлся Совет железнодорожных депутатов (Совжедор). На дороге существовало до 20 профессиональных союзов, объединявших рабочих по профессиям. Были союзы телеграфистов, путевых рабочих и т. д. Все эти многочисленные профсоюзы объединялись Советом профессиональных железнодорожных союзов — Совпрофжелем. Техническое руководство на транспорте находилось в руках старых специалистов, и для направления работы транспорта в интересах Советской власти в каждой службе был политический комиссар. Такое положение существовало до конца 1918 года. В октябре 1918 года началась перестройка профсоюзов. Задачи восстановления разрушенного войной транспорта нельзя было решать в условиях, когда рабочие были распылены но многочисленным союзам, каждый из которых занимался своими узкими интересами и не видел общих задач. Союзы перестраивались по производственному признаку, создавался мощный единый союз железнодорожников. На Мурманской железной дороге было создано организационное бюро этого союза. Совжедор и Совпрофжель были ликвидированы, и их представители составили организационное бюро. В него вошли Демьянович, Коржавин, И. Н. Суханов и другие товарищи. Я также вошел в состав бюро от Совпрофжеля. С октября 1918 по март 1919 года происходила перестройка профсоюзной организации на отдельных железных дорогах, в том числе и на нашей Мурманской дороге. Всей профсоюзной работой руководило в этот период организационное бюро. После Всероссийского съезда союза и районного съезда дорог Петроградского узла на нашей дороге были организованы участковые комитеты (учпрофсожи): в Званке (ныне Волховстрой) , Лодейном Поле и Петрозаводске — в трех административных эксплуатационных районах дороги. Перестройка профсоюза тесно связала его с производством, позволила привлечь к активному участию в работе по налаживанию транспорта широкие рабочие массы. В борьбе за восстановление транспорта союз железнодорожников сыграл громадную роль. Обособленность железных дорог была полностью ликвидирована после VIII съезда партии, вынесшего постановление о ликвидации ведомственных партийных организаций (почтово-телеграфных, железнодорожных и т. д.). В соответствии с постановлением на Мурманской железной дороге был упразднен дорожный комитет партии, и на конференции парторганизаций дороги, находившихся в пределах бывшей Олонецкой губернии, в апреле 1919 года была создана железнодорожная секция Олонецкого губкома. Я как председатель секции был кооптирован в состав Олонецкого губкома РКП (б). С весны 1919 года сложилось крайне тяжелое положение на фронте. За немногим исключением, все коммунисты Петрозаводской организации вошли в состав части особого назначения Олонецкого губкома. На отдельных участках фронта, кроме подразделений Красной Армии, действовали отряды части особого назначения: в Пудожском уезде — отряд под командованием Н. Н. Дорофеева, в Заонежье — под командованием Антонова. Коммунисты-железнодорожники составили отдельный взвод. Им командовал опытный в военном деле старый солдат, участник первой империалистической войны А. А. Шилов. Взвод железнодорожников в составе отряда Антонова участвовал в боях с белогвардейцами в Заонежье. По возвращении отряда из Заонежья наш взвод продолжал существовать и нес службу по охране железнодорожных объектов. Летом 1919 года диверсионная белогвардейская группа, воспользовавшись недостаточной бдительностью охраны, сожгла мост через реку Суну. Это нарушило бесперебойную связь частей Красной Армии, действовавших на мурманском участке фронта в зоне железной дороги, с Петрозаводском. И когда в короткий срок героическими усилиями бойцов железнодорожного батальона и рабочих мост был восстановлен, на его охрану направили взвод коммунистов-железнодорожников. Вооружённые винтовками и пулеметом, мы с честью несли охрану, отражая своими, более чем скромными, средствами защиты, неоднократные налеты самолетов противника. В связи с этим вспоминается следующий эпизод. Для усиления охраны моста нашему взводу было придано несколько легких полевых орудий, но они не могли стрелять по самолётам. Бойцы охраны вместе с артиллеристами сняли с лафета одно орудие и поставили его на самодельное приспособление. Это давало возможность быстро менять углы стрельбы в вертикальной и горизонтальной плоскостях и таким образом вести огонь по воздушным целям. Получилось нечто похожее на зенитное орудие. Установку опробовали, и при первом же налете был сбит самолет противника. Пилот-англичанин и летчик-наблюдатель, офицер, сын попа из Заонежья, были взяты в плен. Губком партии и губревком в этот период особое внимание уделяли фронту. Когда в июне 1919 года крупные силы белофиннов подошли к самому Петрозаводску, губернский комитет партии принял решение защищать город, если в него ворвется враг, в уличных боях. По призыву губкома партии и губернского революционного комитета рабочие Онегзавода и железнодорожники пополнили ряды местных отрядов. Участки города были разбиты между отдельными отрядами. На железнодорожников возлагалась защита станции. В один из дней июня 1919 года, утром, по сигналу тревоги собрались коммунисты и вооруженные рабочие станции Петрозаводск. Стало известно, что противник наступает на Сулажгору. На станции слышалась стрельба. Отряды железнодорожников продвинулись в направлении Сулажгоры и организовали заслоны против возможного просачивания противника в тыл, установили пункты наблюдения и связи с передним краем наших войск, отражавших наступление врага. К концу дня белофинны были отброшены от города. В эти же дни над Петрозаводском несколько раз появлялись самолеты интервентов. Один из аэропланов сбросил листовки, но пачка не развязалась и упала в воду около пристани. В листовках интервенты расписывали, в каком «раю» живут люди на занятой ими территории, сколько сала, консервов, масла и сигарет получает каждый. Другой самолет сбросил на город бомбу. Несмотря на создавшуюся в эти дни непосредственную угрозу городу и станции, нигде не было никакой паники или растерянности. Люди занимались своими делами, твердо уверенные в том, что враг будет не только остановлен на подступах к городу, но и разбит. Белофинны получили должный урок и больше не пытались пробовать стойкость наших рядов. Лето 1919 года было напряженным и в продовольственном отношении. На едока выдавалось по осьмушке хлеба, то есть по 50 граммов, и то нерегулярно. Я помню одно собрание в депо Петрозаводск после трёхдневной задержки с выдачей хлеба. Собрание проходило в обеденный перерыв, присутствовали не только рабочие, но и их жены. Из руководителей на собрании были: я, заместитель комиссара района дороги Ершов и комиссар продовольственного отдела Сенькин. Собрание проходило очень бурно. Рабочие, особенно женщины, резко выражали недовольство тем, что мы не могли обеспечить своевременную выдачу более чем скромного по своим размерам пайка. Собрание затянулось, захватив и часть рабочего времени. Сенькин объяснил причину задержки в выдаче хлеба тем, что направленный к нам вагой с мукой был отцеплен в другом районе. Он заверил, что хлеб будет завтра. Мы с Ершовым рассказали, в каком тяжёлом положении находится район дороги и как важно сегодня же закончить ремонт паровоза, чтобы обеспечить посылку состава на север, к фронту. И, несмотря на отсутствие хлеба, в этот день рабочие оставались в депо до тех пор, пока срочный ремонт паровоза не был закончен. В июле 1919 года на транспорте были созданы политические отделы. Я был назначен начальником политотдела третьего района дороги (Петрозаводского). Живая связь с людьми и тесная повседневная связь со всеми партийными организациями составляла главное в работе политотдела. Рабочие-коммунисты, идя с работы или на работу, заходили в политотдел, всегда были в курсе планов его работы, очередных задач, стоявших перед районом, и вели политическую агитацию на своих производственных участках. Активно участвовали в этой работе А. А. Харламов, Л. А. Макеев, Бутурлин и многие другие. Так велась работа и в других районах дороги, да иначе и не могло быть, так как «аппарат» политотдела — это всего несколько человек. Иногда мы выезжали по железной дороге с целью вести политическую работу на местах. Я помню одну поездку. Во вторую годовщину Великой Октябрьской социалистической революции был снаряжен небольшой агитпоезд с одним вагоном и одной открытой платформой. Останавливались на каждой станции и разъезде, доклады о годовщине революции делали я или Тихонов — командир железнодорожного батальона, прекрасный оратор. Большую культурно-просветительную работу в те годы вел клуб железнодорожников станции Петрозаводск. . В клубе были организованы самодеятельный духовой оркестр и драматический кружок, в которых участвовали рабочие и служащие. Клуб обслуживал не только станцию Петрозаводск, но и организовывал агитвыезды на другие станции и разъезды района, помогал линейным самодеятельным кружкам в подборе пьес для постановок на местах. Активными организаторами и участниками драмкружка были: заведующий клубом — бывший рабочий депо Д. К. Штриберг, художник, режиссер, гример, артист и, если было нужно, суфлер, талантливый самородок, бескорыстный человек С. Хрусталев, начальник станции Петрозаводск В. А. Заседкин и его жена Мария Александровна, муж и жена Волковы, В. А. Шершнев и многие другие молодые рабочие и служащие. Драматический кружок готовил своп постановки к выходным дням и к дням революционных памятных дат (1 Мая, День Парижской коммуны, годовщина Октябрьской революции и др.). Коллектив ставил пьесы русских классиков («На дне» Горького, «Лес» Островского), театрализованные постановки по рассказам Горького, Скитальца, эпизоды из времен Парижской коммуны и т. п. Постановки кружка всегда отличались тщательной подготовкой, отличными декорациями и, я бы сказал, высокой культурой исполнения. Поэтому зрители всегда горячо встречали спектакли в клубе. Как правило, перед спектаклем в кратком выступлении разъяснялось содержание пьесы и давалась справка о ее авторе, а в памятные дни делался доклад. Клуб проводил вечера на антирелигиозные темы. Хрусталев, очень хорошо знавший монастырский и церковный закулисный быт, выступал с театрализованными рассказами на эти темы. Его выступления пользовались большим успехом и, безусловно, достигали своей цели, так как антирелигиозный материал подавался жизненно, правдиво, нередко с использованием средств сатиры. Все члены кружков выступали бесплатно, с охотой отдавая этому делу свое свободное время. Сейчас может показаться незначительным сказанное выше, но в те годы это было такое же нужное и важное дело, как ремонт паровозов и вагонов. Люди питались плохо, работали с перенапряжением духовных и физических сил, общее положение в стране было тяжелым, и вот клуб своей деятельностью как бы давал людям «зарядку». Вечер, проведенный в светлом, чистом и уютном клубе, был настоящим отдыхом после трудных напряженных будней. После освобождения края от интервентов перед партийными и хозяйственными организациями встали громадные задачи - наладить нормальную работу транспорта на северном участке Мурманской железной дороги и проводить большую политическую работу в освобожденных районах. В северные районы было направлено в самом срочном порядке большое число хозяйственных и партийных работников из Петрограда, Звании, Лодейного Поля, Петрозаводска. Было организовано два новых административных (эксплуатационных) района: 4-й район Масельгская—Полярный Круг с центром на станции Сорокская Бухта (в настоящее время — Сорокская) и 5-й район от станции Полярный Круг до Мурманска с центром в Мурманске. Группа работников из Петрозаводска, в том числе и я, была направлена в 4-й район. Комиссаром 4-го района был назначен П. В. Самосюк, бывший комиссар 3-го района. Телеграфист по профессии, Самосюк был энергичным, хорошо и быстро освоившим сложное хозяйство района руководителем. Я был назначен начальником политотдела района. В Сороке предстояло провести большую работу. Надо было рассказать людям об успехах Советской власти, о трудностях, стоявших перед страной, со всех сторон окруженной врагами, о героической борьбе рабочих и крестьян с интервентами и внутренней контрреволюцией. Клуб, длинное с низким потолком дощатое здание, всегда был заполнен до отказа во время чуть ли не ежедневных тогда собраний. Народ, испытавший власть интервентов и белогвардейцев, с энтузиазмом откликался на все проводимые мероприятия. Району было дано задание по погрузке и отправке в Петроград дров, заготовленных вдоль железнодорожной линии к югу от Сороки еще в зиму 1917-18 года. Вся эта трудоемкая работа была выполнена рабочими и служащими во время субботников и воскресников. Наша партийная организация в Сороке, сначала очень малочисленная, состоявшая из приехавших коммунистов, постепенно росла, вокруг нее создавался актив из местных рабочих. Я помню машиниста Сорокского депо Медведева, слесаря депо Грасиса, активно участвовавших в профсоюзной работе. Заместителем начальника района был назначен машинист Иванов, бывший командир одного из партизанских отрядов, действовавших в тылу интервентов. В сентябре 1920 года на дорожной конференции я был избран в дорпрофсорж Мурманской железной дороги и уехал из Сороки. Источник: (1963) За Советскую Карелию. Воспоминания о гражданской войне - Стр.422-429
 
38

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасибо!Мы прочитаем Ваше сообщение в ближайшее время.

Ошибка отправки письма

Ошибка!В процессе отправки письма произошел сбой, обновите страницу и попробуйте еще раз.

Обратная связь

*Политика обработки персональных данных