Шрифт:
Размер шрифта:
Межсимвольный интервал:
Межстрочный интервал:
Цветовая схема:
Изображения:

Горожанкин Николай Яковлевич — Мы возвратились домой. Моя мама хотела увезти нашего ребенка Славу в Заонежье, в Сенную Губу, где она жила с семьей, с детьми.

Гражданские

Дата: 25 июня 1989 г. Страна: СССР, Карелия Горожанкин Николай Яковлевич родился в 1914 г. в д. Голиково Сенногубской волости Петрозаводского уезда Олонецкой губ. (ныне Медвежьегорского района Карелии), русский. Окончил начальную сельскую и вечернюю школу в г. Петрозаводске. Накануне Великой Отечественной войны работал токарем, строгальщиком, фрезеровщиком на Онежском металлургическом и механическом заводе (впоследствии Онежском тракторном заводе). В 1941-1946 гг. находился в эвакуации в г. Красноярске. После реэвакуации продолжал работать на Онежском заводе. Награжден орденами Ленина и Октябрьской Революции, медалью «За доблестный труд...». Удостоен звания «Заслуженный работник народного хозяйства КАССР». Почетный гражданин города Петрозаводска. (Карелия: Энциклопедия. В 3 т. Т.1. Петрозаводск, 2007; Смирнов В.И. Два века Онежского завода. 1774- 1974. Петрозаводск, 1974.) 1941 год, июнь, 22-е число не забудется у нашего поколения на всю оставшуюся жизнь. А у меня осталось в памяти воскресенье, прекрасный солнечный день. Ребенка в возрасте 1 г. 8 мес. оставили дома с родственниками, а сами по делам пошли в город, в гостиный двор. Там по радио услышали сообщение о нападении на нашу страну фашистской Германии, что уже бомбят города Минск, Киев и др. Возбужден народ. На лицах у каждого появились страх, негодование, ужас. Крики, слезы. Все куда-то быстро шли и бежали. Мы возвратились домой. Моя мама хотела увезти нашего ребенка Славу в Заонежье, в Сенную Губу, где она жила с семьей, с детьми. Она приехала на побывку из Сенной Губы, однако мы сына не отдали увезти в Заонежье к бабушке. Я согласно предписанию по мобилизации обязан был явиться на призывной пункт по мобилизации с полным расчетом с производства, что мною и было сделано. И в то же время на меня была бронь от мобилизации от руководства завода. И меня отправили обратно домой - иди работай. Работали все с усердием на любом рабочем месте. Около середины июля поступает распоряжение из Москвы об эвакуации завода в тыл страны. Стали снимать с фундаментов станки, агрегаты и машины, работая круглосуточно, грузили на железнодорожные платформы и в вагоны. Все это делалось с погрузкой вручную. Брали все: материалы, инструменты, приспособления и все прочее. Первый эшелон отправили, стали грузить оборудование во второй эшелон. Со вторым эшелоном уехали я с женой и ребенком со станции Голиковка. Разрешалось брать с собой груз: на взрослых до 100 кг, на ребенка 50 кг (одежду, постельное белье, питание). Квартиры закрывали на ключ и оставляли уполномоченному дома с мебелью и со всем остальным [имуществом]. Примерно 20 июля второй эшелон отправился на восток, а куда - мы не знали. Около Волховстроя на наш железнодорожный состав был налет вражеской авиации, но все обошлось. Я уехал на восток с заводом. Брат Александр работал механиком на пароходе «А. Жданов», пароход обеспечивал [перевозками] фронт и тыл на Онежском озере. Брат Федор служил на флоте в г. Ораниенбаум [Ленинградская область] (ныне Ломоносов), и о нем мы так ничего и не узнали, оказался без вести пропавшим. Родителей тоже в октябре на барже эвакуировали в Пудожский р-н, дер. Семеново со всеми детьми, оставшимися у них в возрасте 16, 10, 7 лет. Там родители умерли, и старший их сын Павел тоже умер. Двое братьев были определены в детдом в Каршево. Сейчас нас 4 брата, живем в Петрозаводске, один работает и трое пенсионеры. За весь период [войны] изменилось многое: пожили в Красноярске и потрудились, обратно в Петрозаводск вернулись. Наш труд не пропал даром. Мы, работники тыла, сделали для фронта все, что могли. После получения распоряжения [из Москвы] наше руководство республики и предприятия активно включились в его выполнение. На заводе руководил эвакуацией директор Поликарпов. Директор Тиден ушел в партизанский отряд. В пути на восток обеспечивали хлебом и один раз, кажется в Вологде, накормили горячей пищей. Медикаменты брали каждый с собой, у кого что было. Эвакуировалась семья в составе 3 человек, как указано выше. В вагоне-теплушке было несколько семей, взрослые, дети, больные. Особенно нелегко было тем семьям, у которых были маленькие дети, ведь им надо было в пути и питание молочное, и каши и т. п. Помню, на одной станции поезд остановился, и старший по эшелону, Рыбин Василий Дмитриевич, доложил, что стоянка будет около трех часов. И мы втроем, Тимонин Н.А., Павлов А.П. и я, захватив бидоны под молоко, пошли на базар. А когда вернулись на станцию с рынка, нашего состава уже там не было - отправили дальше. Мы пошли к военному коменданту при ж.д. станции, заявили, что мы от поезда отстали в связи с тем-то. Хорошо, что мы знали номер нашего состава, нам дали добро - догонять состав, посадили на какой-то ж. д. поезд, и таким образом мы часа через 3-4 догнали своих. А у них был переполох и слезы. Тем более что у нас не было документов при себе и денег было очень мало, в одних рубашках. Мы воспрянули духом, когда нашли своих, и от души благодарны военному коменданту за то, что посадил нас на проходивший состав вдогонку нашему составу. И все же детям молоко привезли, это тоже успокоило нас и членов семей. Мы прибыли в г. Красноярск, сгрузили семьи. Разместились в красном уголке одного из предприятий, рядом с ж. д. путями. Было неуютно, незнакомо все вокруг. Окружали горы, рядом река Енисей. Местные власти проявляли о нас заботу по расселению по частным квартирам. Хозяева шли нам навстречу в устройстве. Сами теснились, а нам жилье отдавали, помогали советом. В Красноярск прибыло много предприятий из разных мест. Сколько точно, сказать не могу, но население в первый год войны увеличилось на десятки тысяч человек. Взаимоотношения с красноярцами были хорошие. Первое время трудновато было привыкать к чужим краям, но труд и знакомство шли нам на пользу. Стали приспосабливаться к новой жизни. Нам отводили участки земли для огородов под картофель, стали делать сами тележки и окучники для картошки. Сообща заготовляли дрова. Надо сказать, что онежцы были со всем дружны. В работе пример показывали красноярцам, и те, в свою очередь, нас полюбили. Скота мы не имели, т. к. работы было много, питались в столовой, была карточная система. У завода появилось свое подсобное хозяйства. Культурно-просветительного обслуживания нам не требовалось, т. к. были заняты все время трудом. Слушали радио, в перерывах - громкие читки газет. На заводе имелся медицинский пункт. Завод наш был военный, выпускали 122-миллиметровые снаряды. Жена моя тоже работала на заводе. Ребенок посещал детский сад. Работали в смену по 12 часов. С 8 утра до 8 вечера - первая смена, с 8 вечера до 8 утра - вторая смена. Трудились под лозунгом: «Все для фронта, все для победы!». Первое время мы были строителями, землекопами, каменщиками, и все получалось. Завод (площадка) превратился в настоящий муравейник. Одновременно шли все работы, устанавливали станки, монтировали прессы, насосы, нагревательные печи, строили корпуса завода, котельную. Еще не было крыши над цехом, а станки и прессы опробовали и подготавливали к работе. Я был командир запаса, поэтому меня с другими товарищами привлекали для проведения военных занятий 4 раза в неделю по 4 часа в день, не освобождая от основной работы. Военно-учебный пункт был при заводе. Учеба длилась около трех месяцев, когда заканчивалась, поступал новый набор - 80-100 человек. Так длилось всю войну, провели 9-10 выпусков. Фронт требовал постоянно пополнений. Готовили на военно-учебном пункте стрелков, пулеметчиков, противотанковых ружейников, была строевая и тактическая подготовка. Одна или две грамоты имеются в нашем краеведческом музее. Оплата труда была обычная. Все было дорого. Солдатский котелок картошки стоил 150-180 руб., кусок мыла хозяйственного на рынке - 200 руб., буханка хлеба - 100-150 руб., литр молока - 30-40 руб. Раскошеливаться было не по доходам. Отпусков не было, выходных тоже. По окончании войны перешли на 8-часовой рабочий день. В общественной жизни приходилось участвовать: профгруппорг, председатель цехкома. В социалистическом соревновании тоже участвовал, был многостаночником. Средства собирали, посылки на фронт отправляли, хотя и не с чего было делиться. Носки, шарфы, варежки. Полотенца, портсигары, кисеты собирали и отправляли солдатам на фронт. Выделить что-либо о трудностях не могу, все было нелегко, и радостей тоже не было. Когда наши сдавали города и села, радоваться было нечему. А когда военная машина покатилась обратно на запад, стало уже радостнее. С радостью и ликованием встретили День Победы. Радовались и освобождению г. Петрозаводска. Рвались домой, но надо было подготовить и оставить в Красноярске рабочую смену. Вернулся я с семьей из четырех человек (стало уже двое детей) в Петрозаводск в вагоне-теплушке, где разместились четыре семьи. Это было 2 мая 1946 г. С нами ехали две семьи: Шабалова и семья Манькина Андрея Спиридоновича с двумя детьми. В первую очередь реэвакуировались строители, печники, каменщики, ремонтники, плотники. Богатство наше было невелико. Оставлять было нечего. А когда вернулись сюда, своего не нашли ничего, за исключением платяного шкафа, и то вернули через народный суд. Когда обратно собирались уезжать из Красноярска, надо же случиться беде. Был в городе, садился в автобус на остановке, и меня обворовали, похитили бумажник с документами, а также хлебные и продовольственные карточки, все похитили. Вот тут было большое горе. На детей хлебные карточки выдали, а нам с женой не восстановили. Купили на рынке продуктов, дали с завода картофеля мешок с подсобного хозяйства, и таким образом дорогу проехали сюда благополучно. В Петрозаводске восстановили утерянные документы: паспорт, военный билет и др. В Петрозаводск из Красноярска ехали около двух недель. Трудности в пути были с продовольствием, молочными продуктами и т. п. 2 мая 1946 г. прибыл в Петрозаводск. Когда прибыли на ст. Голиковка, я позвонил на завод, там уже находился дежурный и принял мою телефонограмму о том, что прибыли четыре семьи онежцев из Красноярска. Нас встретил начальник ЖКО завода, поселил в красный уголок при общежитии на Урицкого (ныне проспект А. Невского). Через некоторое время переехали в предоставленную нам комнату, там же, на ул. Урицкого. Город был разрушен, завод - тоже. Стали работать на заводе, всего не хватало: инструментов, материалов, оборудования. Директором был Филиппов Михаил Дорофеевич, главным инженером Брызгалов Андрей Николаевич. Стали восстанавливать завод, разбирать завалы зданий, облагораживать и благоустраивать жилые территории, заниматься огородничеством (картошкой). С Урицкого переехали на Перевалку, на ул. Парковый переулок, там строился поселок ОТЗ, около 20 домов, и на мою долю тоже достался домик. Разделали огород, выкопали колодец во дворе, купили кур около полдесятка, козу и т. д. Стали жить лучше. В 1956 г. переехал на ул. Ф. Энгельса, где и сейчас живу. Вырастил троих детей, все женаты и замужем. В 1974 г. не стало жены. Дети получили образование, растут внуки и внучки. Внук отслужил уже в армии, другие учатся. День Победы мы встретили 9 мая 1945 г. в г. Красноярске. Работали мы во вторую смену, т. е. с 8 часов вечера до 8 часов утра. Утром пришли нам на смену рабочие и сообщили, что война окончена. Вот тут было много радости, от радости плакали, плясали, целовались. Мы, ночная смена, домой не уходили, пошли к руководству завода, выпросили спирта, разбавили водой в питьевом бачке и в очередь по чарке с радости приняли. Первая смена не работала, ушла в город на митинг, а мы из ночной смены с песнями стали расходиться по домам. Повторять не буду: памятное будет для меня, когда отстали от поезда, ходили за молоком. Пережили с семьей расстройство, когда у меня из кармана вытащили документы и хлебные карточки. Радость была, когда наша Советская армия освобождала от нечисти, от коричневой чумы нашу землю, города, в том числе г. Петрозаводск 28 июня 1944 г. Трудиться приходилось много, и радостно то, что труд, вложенный в наше общее дело, даром не прошел. И радует, что он дал свои всходы и плоды во всю нашу сегодняшнюю действительность. Источник: АКНЦ РАН. Подлинник рукописный. (2015) Эвакуированная Карелия: Жители республики об эвакуации в годы Великой Отечественной войны. 1941-1945 - Стр.349-355
 
14

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасибо!Мы прочитаем Ваше сообщение в ближайшее время.

Ошибка отправки письма

Ошибка!В процессе отправки письма произошел сбой, обновите страницу и попробуйте еще раз.

Обратная связь

*Политика обработки персональных данных