Шрифт:
Размер шрифта:
Межсимвольный интервал:
Межстрочный интервал:
Цветовая схема:
Изображения:

А.И. Трегубенко (механик-водитель 381-го отдельного танкового батальона 18-й сд) — В 381-м отдельном танковом батальоне.

Участники

Страна: Россия, Карелия 1938 год. Октябрь. Мрачная дождливая погода. Поезд остановился в Петрозаводске. Нам — призывникам — показали город. Затем повели в баню, где и переодели в военную форму. 381-й отдельный танковый батальон 18-й стрелковой дивизии, в котором началась моя служба, располагался возле железнодорожного моста и речки Лососинки. В январе 1939 года в Пряже проходили зимние учения. Я, как отличник учебы, принимал в них участие. В июле 1939 года по боевой тревоге мы из Петрозаводска выехали на учения Ленинградского военного округа по направлению к поселку Ведлозеро. ...В ноябре, в первых числах, выпал снег. Мы прибыли в п. Колатсельгу, примерно в 5 км от Государственной границы. Командиром 381-го отдельного танкового батальона был назначен Камышанов, комиссаром — Белоусов. Командовал 18-й стрелковой дивизией в то время А. И. Черепанов. Мы были проинформированы о задачах, которые предстояло выполнить. По тревоге 30 ноября в 5 часов утра мы подошли к Государственной границе. После артподготовки в 7 часов перешли границу. Началась война. Первый бой танковая разведка приняла в населенном пункте Кясняселькя. Командованием была поставлена задача захватить мост через реку Уксуи-Йоки. В 50 метрах от передовых танков мост был взорван финнами. В этом районе комбат ознакомил нас с приказом о назначении командиром 18-й стрелковой дивизии Г. Ф. Кондрашова, а командиром 56-го стрелкового корпуса — А. И. Черепанова. Утром на следующий день мы продолжили наступление. Дорога была заминирована, один танк подорвался. При продвижении вперед, на подступах к мельнице, что между хутором Леметти, два артиллерийских орудия вышли из строя. Были усилены подразделения для обезвреживания минных полей. После взятия укрепленных районов Уома, Лавоярви была поставлена новая задача — взять Руокоярви. Для этого в помощь 381-му отдельному танковому батальону были выделены усиленная 1-я рота вместе с комбатом и комиссаром, артчасти и подразделения пехоты. В конце декабря мы вели бой уже в укрепрайоне Руокоярви и после нескольких атак заняли поселок. В этом бою уничтожили пушку противника. Наши потери: один танк, в котором я был башенным стрелком (снаряд попал в башню), убит командир танка. 29 декабря мы с водителем танка прибыли в штаб дивизии, заменили башню и вновь отправились на передовую. Это была последняя поездка в штаб дивизии. Мы направились в Руокоярви, но случилось непредвиденное. Не доехав приблизительно 20 километров, встретили наши передовые части. Для окружения наших частей противник подтянул подкрепление из отборных лыжников-добровольцев. Наше командование передовой линии неоднократно посылало разведку. Установить связь с дивизией не удалось, разведка не возвращалась. 10 января 1940 года на рассвете комбат собрал личный состав 1-й роты — 15 человек (5 танков) — и поставил задачу: при поддержке артиллерии и пехоты не дать противнику окружить передовые части. Горючее и боеприпасы были на исходе. Бой шел день и ночь. На вторые сутки в 3 часа дня из боя вышли два человека — башенный стрелок Трегубенко и механик-водитель Гордиенко. Раненого командира танка Фокина под огнем снайперов доставили на передовую и сдали санинструктору. Наступление противника было остановлено. Наши потери: 5 танков и много красноармейцев 316-го стрелкового полка. 11 января в 21 час нас двоих вызвал комбат и поставил в известность, что мы идем в разведку с группой в 25 человек. В 8 часов вышли на дорогу в 150 метрах выше места, где располагался штаб 34-й легкой танковой бригады. Здесь мы увидели наши передовые части и два оставшихся наших танка, комбата и комиссара. В тот же день мы получили задание — на танке пройти в расположение 168-й стрелковой дивизии, находившейся за железнодорожным мостом. Наскоро погрузившись, мы привезли одну бочку горючего и продовольствие. В землянке комбата согрелись, а в 22 часа вновь отправились за горючим и продовольствием. Это была наша последняя встреча с комбатом и комиссаром, и оставшимися передовыми частями 18-й стрелковой дивизии. До проезда под железной дорогой оставалось 50 метров. Мы вступили в бой, противник пытался нас окружить. Отбиваясь от наступающего противника у проезда под железной дорогой мы соединились с частями 168-й стрелковой дивизии. Если не ошибаюсь, это было в ночь с 17 на 18 февраля 1940 года, мороз был —40 градусов. На соединение со 168-й стрелковой дивизией из 381-го отдельного танкового батальона вышло до 10 человек. Нас с Гордиенко переподчинили 456-му отдельному танковому батальону 168-й стрелковой дивизии. Командиром батальона был старший лейтенант Зубатов. 12 марта 1940 года был подписан мирный договор. На второй день мы с подразделениями 168-й дивизии отправились по местам боев 18-й стрелковой дивизии и захоронили в братских могилах воинов, отдавших жизнь за свободу и независимость нашей Родины. Моя дальнейшая служба проходила в городах Сортавале и Лахденпохье до 30 июля 1940 года. Источник: (2019) Питкяранта помнит! 1939-2019 - Стр.25-27
 
26

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасибо!Мы прочитаем Ваше сообщение в ближайшее время.

Ошибка отправки письма

Ошибка!В процессе отправки письма произошел сбой, обновите страницу и попробуйте еще раз.

Обратная связь

*Политика обработки персональных данных