Владимир Александрович Вильгота

Книга Памяти погибших в Чеченской войне

Годы жизни: 08.12.1980 - 05.03.2000

Место рождения: Казахстан

Место захоронения: Надвоицы

Звание: Младший сержант

Должность: Номер орудийного расчёта

Родился 8 декабря 1980 года в Казахстане на заставе им. Ильича Красноармейского района Кокчетавской области. В 1989 году семья переехала в Карелию. Среднее образование Владимир получил в Надвоицкой средней школе. Затем поступил в Сегежский профессиональный лицей № 6. Получил профессию автомеханика. 22 июня 1999 года ВК г. Сегежи был призван в армию. Служил в п. Сертолово Ленинградской области. 20 ноября 1999 года был направлен во Владикавказ, затем — в Чечню. Военная специальность — номер орудийного расчета. Погиб 5 марта 2000 года на территории Чеченской Республики при исполнении воинского долга. Воинское звание — младший сержант. Похоронен 15 апреля 2000 года в п. Надвоицы. Награжден орденом Мужества (посмертно). В семье Светланы Артемовны и Александра Семеновича Вильготы росло трое детей. Володя был старшим. Родители привили детям любовь к физическому труду, любовь к жизни, заботу друг о друге. Семья была дружная, трудолюбивая. И все было бы хорошо, если бы не война в Чечне. Она отняла у них сына и брата, нанеся тем самым неизлечимую рану и боль всей семье. Светлана Артемовна рассказывает: — Володя был очень спокойным, не по годам взрослым, хозяйственным, трудолюбивым мальчиком. Чувствовал, что на нем лежит забота о младших братишке и сестренке. Сестренку свою Олесю, которая была на 1 год и 8 месяцев его моложе, называл «доча», проявлял к ней нежность и заботу. Только когда подрос и заметил, что родственники над ним подтрунивают, стал ее звать по имени. Первый и второй класс Володя окончил на заставе им. Ильича в Кокчетавской области. В 1989 году мы переехали в Карелию, и Вова стал учиться в Надвоицкой начальной школе, а с 5-го по 11-й класс учился в Надвоицкой средней школе. До восьмого класса учился без троек. Любил бегать на лыжах, кататься на велосипеде и скейте. Увлекался компьютерными играми, музыкой. После окончания школы поступил учиться в Сегежский профессиональный лицей № 6. Получил специальность автомеханика. Поработать по специальности не удалось. 26 июня 1999 года он должен был получать диплом, но 22 июня его призвали в армию. Поэтому диплом пришлось получать мне. В армию Володя пошел спокойно. Просил меня не плакать. Успокаивая, говорил: «Ничего, мама, не беспокойся, не расстраивайся, все служат и я отслужу». С 24 июня по 20 ноября 1999 года, ровно 5 месяцев, Вова служил в Сертолово-2 Ленинградской области. Письма приходили часто, но они были короткие, он у нас был немногословен. В письмах сообщал, что все у него хорошо, кормят тоже хорошо, ребята дружные. 11 ноября 1999 года я приехала к нему в часть. Жила три дня. С Володей мы виделись по полчаса в день. Даже в увольнительную его не отпустили, сославшись на то, что в понедельник он сдает экзамен на младшего сержанта. Звание-то он получил, но чувствовал себя очень плохо. Болела спина, видимо, грипп подхватил. После моего отъезда его положили в санчасть, а 20 ноября уже отправили во Владикавказ, а позднее — в Чечню. Первое письмо мы от него получили 7 декабря 1999 года, а последнее — 15 марта 2000 года, когда Володи уже не было в живых. Он погиб 5 марта... Рухнули все мечты сына. А мечтал он о самом простом: выучиться, получить специальность и работать, чтобы помогать нам, родителям, поднимать младших детей. Как погиб Володя, родные узнали из письма командира войсковой части С. Хлопотова. «Уважаемые Александр Семенович и Светлана Артемовна. Примите мои соболезнования в связи с гибелью Вашего сына — Вильготы Владимира Александровича, геройски погибшего при выполнении боевого задания. Ваш сын с достоинством и честью выполнил свой солдатский долг... 5 марта 2000 года в предгорной зоне села Комсомольского банда численностью в 300 боевиков предприняла попытку прорыва. Опорный пункт 1-го гранатометного взвода находился на пути противника. Ваш сын в должности номера расчета при обнаружении противника получил команду открыть огонь из всех видов оружия. В результате боя, продолжавшегося около 4 часов, было уничтожено около 80 боевиков... Владимир в ходе боя был тяжело ранен, но и после полученных ранений поле боя не бросил, своими командами продолжал корректировать огонь. От полученных ранений Владимир скончался на поле боя. Взвод, в котором служил Ваш сын, благодаря его точным действиям и умению вести оборонительный бой, удержался на своих позициях, хотя и понес значительные потери. Невосполнима боль утраты, невозможно оправдать горечь потери... Владимир всегда был впереди и своим примером увлекал сослуживцев. Для командира нет ничего страшнее, чем гибель подчиненного. Для родителей горе безмерно. Никакие слова утешения, даже самые искренние и теплые, не смогут заглушить боль утраты. Но знайте, что Ваш сын был настоящим мужчиной и верным защитником Отечества. Он погиб как герой, выполняя свой долг. Вы можете гордиться своим сыном, а мы будем хранить память о нем в своих сердцах. Скорблю вместе с Вами. Командир войсковой части С. Хлопотов». Хоронили Володю Вильготу 15 апреля 2000 года. Наталья Ивановна Захарова, классный руководитель Володи: «И вновь в поселок Надвоицы пришел "груз-200". Не стало Володи Вильготы. Дорога из Чечни домой длилась долгих 40 дней. 15 апреля... Казалось, и погода в этот день скорбит вместе с нами. И все-таки солнечные лучи пробились сквозь серое небо, словно пытаясь в последний раз согреть Володю... Владимир Вильгота — недавний выпускник нашей школы. Совсем еще мальчишка, был убит во время боя. В этом молодом человеке со светлым и открытым лицом, с большими голубыми глазами воплотились черты молодых ребят — настоящих патриотов и защитников Родины. Этого юношу любили все за человечность, доброту, преданность родителям и друзьям. Он всегда был душой класса. Ну, кто же мог представить, что через полтора года после окончания школы на его долю выпадет война. Володя был всегда человеком долга. Для него и Чечня стала долгом перед страной, родными, одноклассниками, долгом, который он оплатил самой высокой ценой — собственной жизнью. Мы провожаем его в последний путь: солдата, человека, которому было нелегко воевать, и еще труднее умирать вдали от Родины. Но судьбу не выбирают. Мы, жители поселка Надвоицы, исстрадавшиеся человеческим сердцем, пережившим уже не одну потерю даже в таком маленьком поселке, будем всегда помнить о нем». Вот несколько строк из последнего письма Володи: «Сегодня утром (то есть 15 февраля) нас построили, и комбат зачитал благодарность мне за хорошую службу от командующего армии. Зачем мне эта благодарность... лучше бы отпустил домой на несколько дней, посмотреть на ту горку да на ледяные фигуры... У меня все хорошо. Ребята во взводе стали как родные. Нет разницы, прослужил ты два года или всего полгода. Мы все одинаковы, не то что в учебке. Слышишь, бывало, от некоторых: "Я прослужил больше вас, все слушайтесь меня беспрекословно". Есть здесь такие парни, у которых срок службы вышел, а они все служат, уволиться не могут, нет замены. Папа и Серега, поздравляю вас с 23 февраля. Передайте мое поздравление всем парням из поселка. Поздравляю Олесю с днем рождения! Успехов в учебе тебе, Олеся, и, конечно, постарайся получить красный диплом. Ваш Володя. 15.02.00. P.S. Конверт вам подписывал не я, а просто наш парень: сел ко мне, спросил адрес и подписал. Вот такие вот дела!!!» Думаю, что эти три восклицательных знака означают радость Володи, радость за то, что его окружали хорошие ребята, настоящие друзья. Письмо из Владикавказа, из 1-го гранатометного взвода, от Сергея Меркулова, 28.07.2000 г. «Здравствуйте! Получили ваше письмо. Вы просите рассказать о вашем сыне Володе. Тетя Света! Я от имени всего взвода выражаю вам глубочайшее соболезнование по случаю смерти вашего сына. Он навсегда останется в наших сердцах. И память о нем не померкнет с годами... Когда я приехал в Чечню, Володя уже находился в нашем взводе. Он был высоким, красивым парнем с улыбкой на лице. Кроме того, он был настоящим другом... Где мы с ним только не побывали. Вместе несли службу, ходили на посты, порой беззаботно шутили, делили радости и невзгоды пополам. Расстались мы с ним в селе Комсомольском. Я, как наводчик БТРа, остался в базовом лагере в предгорье, а Вова со своим взводом уехал на позицию в ущелье. Я тоже хотел поехать со взводом, но был приказ комбата: оставить водителей и наводчиков вместе с техникой в лагере. 5 марта я находился в трех километрах от села Комсомольского. Нас прикомандировали к минометчикам. Мы их охраняли на своем БТРе. В 4 часа дня начался бой. Стрельба велась со всех сторон. В усиленном режиме работали наши минометы, накрывая своим огнем противника. Но когда я услышал, что наш позывной "Олимп-12" на связь не выходит, во мне будто что-то оборвалось. Я понял со слезами на глазах, что я ничем не могу помочь нашим пацанам. В этот момент жизнь мне показалась бессмысленной. В конце концов мы вернулись в лагерь. И там я узнал о героической смерти пацанов, в том числе вашего сына, моего друга Володи... Тетя Света, если можете, пожалуйста, вышлите фото Володи. Меня до сих пор мучают угрызения совести за то, что я жив, а пацанов и Володи нет. И их уже не вернуть. Сердце разрывается при мысли о том, как вы страдаете. Мне приходилось возить пацанов в "цинках" и хоронить их, я видел, я сердцем чувствовал, как страдают их родители. Тетя Света, пожалуйста, пишите нам. До свидания. Меркулов Сергей». Письмо от сослуживца Айнура Фазулина, г. Владикавказ, от 23.06.2000 г. (Айнур родом из Башкирии). «Здравствуйте, тетя Света! Получили ваше письмо, в котором вы просите рассказать о вашем сыне Володе. Володю я узнал 18 января, когда меня перевели к нему во взвод из г. Моздока. Поскольку мы были одного призыва, то познакомились и подружились быстро. Я был с ним в одном отделении, и мы с ним постоянно были вместе... Володя мне сразу понравился: трудолюбивый, веселый, отзывчивый. Старослужащие с нами тоже были, но нас никогда не обижали, понимали, что всем одинаково тяжело. Когда у нас было свободное время, мы часто вспоминали о гражданке, о доме... С 1 по 28 февраля мы охраняли штаб западной группировки войск в Урус-Мартане, а 28 февраля уехали в свой полк под село Комсомольское. На следующий день нас поставили на выход из Аргунского ущелья. Там ожидался прорыв "духов". 1 марта в 4.00 начался первый наш с Володей бой. Он был короткий, до 6.00, без потерь. После этого боя мы очень хорошо окопались. Слабые места мы укрепили и к возможным прорывам были готовы. Первый бой показал, кто из нас есть кто. Трусов не оказалось. После этого боя мы с ребятами много смеялись, шутили, строили планы о будущей жизни на гражданке. Но... 5 марта был новый бой. Нам по рации передали о новом прорыве "чехов". Они шли на нас. Наши позиции были расположены на склоне горы следующим образом: две позиции расположились на склоне в 20 метрах от реки, протекающей по ущелью, третья позиция была чуть выше — в 60 метрах от нас. Володя был на третьей позиции, а я — на второй. В этом бою я его не мог видеть. Прошло почти 6 часов боя, и мы оказались в окружении. Боеприпасы почти кончились, и к 9 часам утра у чеченцев были уже пленные с первой и второй позиции. Угрожая расправиться с пленными, "чехи" заставили сдаться третье отделение. Володи среди них не было. Он был убит. В этот же день наши танки обстреляли "чехов", и некоторым из наших пленных ребят удалось сбежать, остальные погибли. Наш взвод был из 18 человек. В живых осталось пять. О смерти Володи я узнал позже от нашего пленного бойца, я помогал ему бежать из плена, он был ранен. Мне тяжело вспоминать эти события. Я знаю, что вам намного тяжелее переживать потерю сына. Тетя Света, я с вашим Володей подружился очень сильно. Он для меня был как брат. Если у вас есть его фотография, вышлите, пожалуйста, мне. У меня ничего не осталось в память о нем. От всего нашего вновь укомплектованного взвода примите наши соболезнования по случаю гибели вашего сына. Своих геройски погибших товарищей мы не забудем никогда. До свидания. Жду вашего письма». Володя Вильгота не вернулся из боя. Он никогда больше не пройдет по улицам своего родного поселка Надвоицы. И хочется, чтобы в памяти земляков он остался яркой личностью. Вот что пишут друзья Володи, с которыми он вместе проводил свободное время, Михаил Журов, Дмитрий Балашов, Алексей Столбун: «У нас была большая дружная компания. Знали мы друг друга почти с детства. Мы любили весело проводить время. Оказавшись после уроков вместе, мы не скучали. Вовчик (так мы звали нашего друга) в компании никогда не был лидером. Наоборот, он был спокойным, уравновешенным. И даже в бурных спорах и в обсуждении каких-то наболевших вопросов его голос можно было вообще не услышать. Но при этом он был душой компании. С ним можно было всегда поговорить откровенно. Он умел выслушать. Иногда мог дать какой-либо совет. Человек с большим чувством юмора, любил подурачиться с друзьями, поднять настроение, вызвать улыбку у любого из нас. Когда мы собирались у кого-либо на квартире, мы брали гитару и пели наши любимые песни. Вовчику нравилась одна песня, которую мы часто пели по его просьбе. Это песня "Танкист". Начиналась она словами: "На поле танки грохотали..." Про Вовчика можно рассказывать часами. Это был очень хороший, добрый и понимающий парень. Человек с добрым сердцем и открытой душой. Мы всегда его вспоминаем в кругу друзей. Володя был, есть и останется навсегда в наших сердцах». *** Почему все не так? Вроде все как всегда! То же небо — опять голубое, Тот же лес, тот же воздух и та же вода... Только он не вернулся из боя. Наши мертвые нас не оставят в беде, Наши павшие — как часовые... Отражается небо в лесу, как в воде, — И деревья стоят голубые. Нам и места в землянке хватало вполне, Нам и время текло для обоих... Все теперь — одному, — только кажется мне, Это я не вернулся из боя. Владимир Высоцкий Источник: (2002) Книга Памяти. Черное крыло войны - Стр.76-80