Гиви Муртазович Готошия

Книга Памяти погибших в Чеченской войне

Годы жизни: 22.09.1973 - 21.02.2000

Место рождения: Кондопога

Место захоронения: Кондопога

Звание: Рядовой контрактной службы

Должность: Разведчик

Родился 22 сентября 1973 года в г. Кондопоге. Окончив десять классов в средней школе № 6, поступил учиться в ПТУ № 15. Получил специальность слесаря. 22 февраля 1991 года Кондопожским ГВК был призван в армию. Служил в Москве. После срочной службы вернулся в г. Кондопогу, работал печником в ОАО «КИМС». 29 сентября 1999 года уволился с работы. 1 октября 1999 года заключил контракт с воинской частью. Проходил двухнедельную подготовку в Каменке Ленинградской области и был направлен в Чечню. Через месяц получил ранение и вернулся в г. Кондопогу. В конце декабря 1999 года поехал в г. Псков. Служил. Получил военную специальность разведчика спецназа. 18 января 2000 года был откомандирован в Чечню. 21 февраля 2000 года погиб при исполнении воинских обязанностей. Воинское звание — рядовой контрактной службы, разведчик. Похоронен 3 марта 2000 года в г. Кондопоге. Награжден орденом Мужества (посмертно). О Гиви Муртазовиче Готошия рассказывает его жена, Ольга Александровна: — Мать Гиви, Раиса Михайловна, умерла 1 сентября 2000 года. Отец живет в Грузии. По характеру Гиви был боевой и очень даже шустрый. Подрастает его дочка Анжела. Характером в отца. И внешне очень похожа на него. Гиви очень любил дочь и хорошо относился к моим сыновьям, Ивану и Дмитрию. Хотя по паспорту мой муж носил имя Гиви, я его звала Женей. Он рассказывал мне, что мать хотела назвать его русским именем Евгений, но отец настоял на грузинском. Гиви был рабочим. Специальность у него — печник мартеновских печей. Работал в ОАО «КИМС». На работе его ценили. О нем писали в газете. Поженились мы с ним в ноябре 1997 года. Он был хорошим мужем и отцом. Часто брал Ваню и Диму на рыбалку. Всей семьей мы ездили на отдых в Сюрьгу. Жаль, конечно, что прожили мы с ним немного, всего четыре года. Но эти четыре года были прожиты не зря. Он был общительным, спокойным, хозяйственным. Заботился о семье, старался, чтобы был достаток. Он был человеком веселым и романтичным. Сочинял стихи, играл на гитаре, пел. Все было хорошо. Но неожиданно для нас Гиви в сентябре 1999 года заявил, что пойдет служить в армию, заключит контракт с военкоматом и поедет, куда пошлют. Для прохождения службы он выбрал подразделение специального назначения. Какие мотивы побудили его надеть снова военную форму, мне трудно сказать. Он сам сделал выбор. И поехал служить в горячую точку добровольно. Это случилось 1 октября 1999 года. Женя поехал в Каменку Ленинградской области, потом был Псков, а потом — Чечня. Он звонил нам, писал письма. Я знаю, что он принимал непосредственное участие в боевых действиях, будучи в Чечне. 28 декабря его БТР подорвался на мине. Гиви получил контузию. 2 января 2000 года он позвонил из Моздока и сказал, что находится в госпитале. После госпиталя приехал домой. Я заметила, что в этот раз у Гиви на шее не было крестика. Расспрашивать не стала, но умоляла мужа больше не ездить в чеченское пекло, не испытывать еще раз судьбу. Я как будто чувствовала надвигающуюся беду. Плакала и просила остаться дома. Но ничего не помогло. 18 января Гиви в последний раз обнял и поцеловал жену и детей и снова уехал. На этот раз уже навсегда. В конце февраля 2000 года пришла телеграмма, из которой Ольга Александровна узнала, что Гиви погиб. Продолжает Ольга Александровна: — Когда Гиви приезжал домой, я замечала, что по ночам он вздрагивал, видно, снилось что-то страшное. Не мог смотреть телепередачи о военных действиях в Чечне. Он или переключал программу, или уходил в другую комнату. А однажды сказал: «Там, в Чечне, все далеко не так, как говорят и показывают...». Гиви Муртазович конечно же хотел жить счастливо. Хотел, чтобы в семье царил мир и достаток. Хотел растить дочку. Но смерть оборвала все. Теперь Анжеле, когда она подрастет, об отце расскажет только мама. Можно по-разному судить о причинах, побудивших его отправиться в горячую точку. Возможно, главной причиной была честь мужчины-отца, единственного кормильца семьи и престарелой матери, который не видел иного пути для улучшения семейного благосостояния. И все же честь мужчины-воина являлась для Гиви основой той духовной силы, которая позволила выполнить ему воинский долг до конца. *** Лему один на каменной земле, И солнца луч тускнеет в поднебесье, И жить осталось в этом мире мне Последней песней, прощальной песней. Глаза любви и дочки первый крик, И матуишки моей святые руки Остались там, где Родины родник, А здесь мне выпало страдать от муки. Ну что ж - не повезло. За дело, друг, Так больно и глаза не разомкнуть.... И гаснет мир, я сам собой истрачен, Пробитый пулей, гибну обреченный... Такой уж путь судьбой мне предназначен, Из бед и мрака ночи сотворенный. В. Бурков Источник: (2002) Книга Памяти. Черное крыло войны - Стр.71-72