Александр Александрович Толбонен

Книга Памяти погибших в Чеченской войне

Годы жизни: 05.12.1977 - 23.09.1996

Место рождения: Шелтозеро

Место захоронения: Шелтозеро

Звание: Рядовой

Родился 5 декабря 1977 года в селе Шелтозеро (ныне Вепсская волость) Прионежского района Республики Карелия. Закончил девять классов Шелтозерской средней школы, затем курсы трактористов-машинистов. 16 декабря 1995 года Прионежским райвоенкоматом призван в армию. Служил в селе Ашукино в Подмосковье, затем в Архангельске. В августе 1996 года в составе сводного батальона отбыл в Чечню. Погиб 23 сентября 1996 года в Гудермесе. Похоронен 1 октября 1996 года на родине. Анна Антоновна и Александр Александрович воспитали троих детей: старший сын живет и работает в Воронеже, дочь Екатерина живет и работает в Петрозаводске и младший сын Саша, которому 5 декабря исполнилось бы 19 лет. Не дожил Саша до своего дня рождения два месяца. Погиб восемнадцатилетним юношей. Вся надежда матери и отца была на Сашу, младшенького, который после службы собирался приехать домой и остаться жить здесь навсегда. С отъездом Саши на службу в доме остались мама-пенсионерка и папа, проработавший много лет шофером, а теперь состоящий на учете в службе занятости. Горько на душе у родителей. Потеря Саши — невосполнимая утрата. С болью в сердце вспоминает Анна Антоновна: — Саша — это была моя надежда. Помню, он все время говорил, успокаивая меня: «Мама, не волнуйся. Жить будем хорошо. Вот вернусь из армии, куплю корову». Родился он здоровым и крепким мальчуганом. Как и многие дети, он был жизнерадостным и трудолюбивым, честным и справедливым, умным и находчивым. Окончил девять классов Шслтозерской средней школы и решил пойти учиться на шофера, он очень увлекался техникой. Но он у нас непоседа, и эта затея с учебой как-то у него не получилась. Но трактор он все же освоил. Получил права тракториста еще в школе, водил отменно трактор. Ребята — его друзья, работавшие в совхозе, давали ему трактор поводить — доверяли. Техника его увлекала все больше и больше. Упорства и настойчивости ему не занимать. Помню, если Санечка что-либо задумает, то обязательно сделает, и его не переубедить. Перед уходом в армию он сам, в одиночку, из запчастей собрал мотоцикл и ездил на нем на рыбалку, в лес по грибы и ягоды. У меня с ним хлопот особых не было. Если бы не Чечня, если бы он вернулся, мы действительно жили бы хорошо. Я только на него и надеялась и ждала его возвращения. Письма из армии он писал нам часто, особенно когда находился в учебке под Москвой. Он даже мечтал там остаться служить до конца. Но, верно, не судьба. По поводу Чечни я ему не раз писала, чтобы не соглашался туда ехать, но так получилось, что именно туда его и направили. Видимо, не было у него выбора... Вспоминают Киселевы и Орловы. Они были очень дружны с семьей Толбонен: — Санечка, — так звала его мама, Санькой — звали его друзья, в том числе и мы. Мальчишка был небольшого роста, худенький, с большими озорными глазами, открытой и доброй душой. Он был необычайно внимателен ко всем: и взрослым, и детям, и пожилым людям. Очень любил природу, животных, технику. В его только начинающейся жизни были и неудачи: так после девятого класса поступил в Ладвинское СПТУ, не закончив его, ушел. Затем поступал в ДОСААФ на курсы шоферов и опять неудача. Но Санька не пасовал. Он работал вместе с ребятами, чуть постарше его возрастом, на тракторе и оставил о себе хорошую память. В доме на его плечах лежала вся мужская работа. И он выполнял ее с удовольствием. По характеру Санька веселый и озорной. Он любил музыку. И хотя у него не было ни музыкального слуха, ни голоса, но он пел, играл на гитаре и всегда радовался жизни, и старался отвлечь от грусти других. Клавдия Петровна Жданова: — Сашу Толбонен я очень хорошо знала. Когда их семья переселилась в дом по нашей улице Гористой (это было в 1991 году), Саша мне как-то сразу понравился: общительный, трудолюбивый. Где бы он ни был, вокруг него всегда были друзья. К нему тянулись все, в том числе мой внук, который летом приезжал ко мне на каникулы. У Саши были «золотые» руки, очень уж умело и скоро он из старых запчастей собирал то велосипеды, то мотоциклы. Смотришь в окно — кто-то несет раму, кто- то колесо, цепь, а через день-два уже кто-то из них едет на собранном Сашей велосипеде. И не зря он писал матери про корову, купили бы они корову, если б Санька вернулся домой. Он был очень чутким, внимательным и добродушным. Не смогу забыть никогда: проходит, бывало, мимо моего дома, спросит: «Баба Клава, что тебе нужно сделать, дрова попилить или поколоть, или воды принести?» Вот таким был наш всеми любимый Санька. Но пуля снайпера оборвала жизнь парню, которому не исполнилось еще и 19 лет. Пусть земля тебе будет пухом, Санька! Т. С. Смирнова, директор Шелтозерской средней школы: — Саша в нашей школе закончил девять классов. А затем на базе школы в течение двух лет прошел курсы тракторнстов-машинистов. Будучи нашим учеником, оставил о себе хорошую память. Мы его помним добрым и неунывающим. Иногда во время урока Саша мог улыбкой или репликой разрядить обстановку в классе.. Любил Саша физический труд, увлекался резьбой по дереву. Всегда готов был прийти на помощь каждому, кто в ней нуждался. После окончания часто заходил к нам, делился своими новостями. Выдержки из писем Саши из армии. Письмо от 23.02.1996 г., где Саша поздравляет папу с Днем защитника Отечества, а женщин — с 8 Марта: «Мама! Поздравь папу с праздником 23 февраля, поцелуй его от меня и скажи, чтобы лечился, а к моему приезду мог бы танцевать! Мама и Катя, дорогие мои женщины! Вас поздравляю с праздником 8-е Марта! А дальше стихотворные строчки: Тяжело без сигареты, Тяжело без сна, А еще тяжелей, когда нет письма. Желаю всем здоровья, жду писем. Целую. Ваш сын и брат Саня». Письмо от 25.02.1996 г. из учебки: «Мама, я сдал экзамены на сержанта, причем, «на отлично». Меня хотят здесь оставить. Если оставят, то буду учить молодое пополнение, которое придет в мае... Мама, ты пишешь, что в нашем селе многие умирают. Я же ведь скоро приеду. Смотрите, хоть все не умрите, а то пойду по своей улице — и ни одной души не будет, кроме вас с тетей Валей...». Письмо от 16.03.1996 г. из учебки: «Мама, бандероль от тебя получил. Спасибо за все: носки, зубную пасту, сигареты. Теперь мне хватит надолго. Следующую бандероль собери маленькую, пошли мне немного сала, я так соскучился по нему, конфет, шоколадку и пачку сигарет. Очень переживаю за папку. Как у него здоровье? Хоть он меня иногда ругал, вес равно я его люблю. Передай ему от меня большой привет. Мама, ты мне давно не писала про Мухтара и Ваську. Как они? Пусть живут дружно и меня ждут». Письмо от 25.04.1996 г. из учебки: «Мама, ты пишешь, что Леше Киселеву пришла повестка в армию... Первое время ему будет тяжело, а потом привыкнет, и все будет нормально. Я уже отслужил почти полгода и привык к армейской обстановке... Мама, ты зачем пошла на работу? Ты должна отдыхать, а не работать, ведь по дому много работы, и тебе будет тяжело. Можешь, мама, поросят всех зарезать, а когда я приеду, заведем штук гак десять»... Письмо от 21.09.1996 г. из Чечни: «...Мама, напиши мне, пожалуйста, получила ли ты мою фотографию и контракт. Через два месяца, вероятно, выведут наши войска отсюда, и я приеду к вам в отпуск на Новый год. Если я здесь останусь, то в апреле меня уволят. Так что служить осталось семь месяцев. Тетя Роза пусть готовит к моему приезду пироги. Мама, не расстраивайся. Ничего тут страшного нет. Ждите меня через семь месяцев. Катю поздравляю с днем рождения. Желаю счастья. Катя, поддерживай маму в трудную минуту...» Это было последнее письмо от Саши. Оно пришло вместе с «грузом-200», так как 23.09.1996 года Саши не стало. «Тот солнечный день 23 сентября 1996 года не предвещал ничего плохого. Батальон оперативного назначения, как обычно, выполнял боевую задачу по охране и обороне опорного пункта — высоты 318,7 на южной окраине города Гудермеса, — пишет родителям командир войсковой части И. И. Лимаренко. — Неожиданно с наступлением темноты чеченские боевики с близлежащей высоты обрушили шквал огня на позиции батальона. И это несмотря на перемирие, подписанное две недели назад... Личный состав оперативного батальона ответным огнем заставил чеченских боевиков покинуть занимаемые рубежи. В этот вечер наш оперативный батальон понес невосполнимую утрату, получил смертельное ранение наш боевой товарищ Александр Толбонен... Ваш сын, уважаемые Александр Александрович и Анна Антоновна, проявил истинную твердость характера и настоящее мужество. Он один из первых заключил контракт на выполнение служебно-боевых задач. Не спасовал перед трудностями и лишениями тяжелых армейских будней, постоянным нервным напряжением. Саша навсегда останется в нашем сердце таким, каким он был — бесстрашным солдатом. Вечная ему память и слава! Мы глубоко скорбим». Обидно, что гибнут такие юные наши мальчики, как Саша. Еще обиднее, что не уберегли их там, на войне... Ведь к тому времени война в Чечне окончилась. Российские войска выводились, и гибель ребят кажется еще более бессмысленной. Сашу хоронили все жители села: его ровесники и люди постарше. Те, кто прошел Афганистан, ругали эту непонятную войну: «Мы тогда исполняли свой воинский интернациональный долг, а за что погиб ты, Сашка?» Офицер, сопровождавший гроб с телом Саши, рассказал, что с тех пор, как их батальон перекинули в Чечню из Архангельска, погибло уже семь солдат. Самое страшное то, что солдаты не понимают, за что воюют. «Мы, офицеры, не можем им объяснить. Чеченцы гибнут во имя независимости своей родины, а мы?..» Ответа нет... 17 февраля 1996 года состоялось открытие Мемориала памяти, на котором увековечена память 122 погибших солдат и офицеров 129-го Гвардейского мотострелкового полка Ленинградского военного округа. Среди надписей погибших — имена четырех карельских солдат — Соболева Игоря Александровича, Мефодиева Сергея Александровича, Тарасова Дениса Викторовича, Коновалова Евгения Михайловича. *** Памяти солдат, погибших на чеченской войне, посвящается Российских солдат я ни в чем не вино, И это не праздная фраза. Винить их за то, что входили в Чечню, Исполнив штабные приказы? И жизнью рискуя, спасали других, Под шквальным огнем выходили, Теряли в сраженьях друзей боевых И раненых в тыл вывозили. И где-то рыдала несчастная мать Над телом убитого сына. И как ей теперь на земле доживать, Неся свое горе-кручину? Ах, сколько же крови в Чечне пролилось, Тяжелыми были потери, За промахи наших стратегов пришлось Бойцам заплатить в полной мере! Но только марать никому не дано Священное имя солдата. Пусть недруги наши запомнят одно - Служение Родине свято! Е. БЛАГИНИНА Источник: (1997) Книга памяти. Чёрное крыло войны - Стр.140-143