Шрифт:
Размер шрифта:
Межсимвольный интервал:
Межстрочный интервал:
Цветовая схема:
Изображения:

Протокол совещания личного состава партизанских отрядов «Полярник», «Большевик» и «Сталинец» о разборе операций партизанского отряда «Полярник» за период с 31 августа по 18 октября 1942 г.

Отчёты, Справки, Протоколы, Акты

Дата: 18 октября 1942 г. Страна: СССР Не ранее 18 октября 1942 г. Секретно Присутствуют: представитель Щентрального штаба партизанского движения, член Военного совета Карельского фронта комбриг тов. Вершинин, начальник 4-го отдела, представитель Центрального штаба партизанского движения майор Коршунов, начальник оперативной группы при 19-й армии майор Кузьмин. Председательствует тов. Кузьмин. Слушали: доклад командира отряда «Полярник» тов. Подоплёкина о проведённых боевых операциях в тылу врага с 31 августа по 18 октября 1942 г. Боевой приказ командирования на выполнение операций в тылу противника отрядом получен 24 августа 1942 г. 31 августа, согласно боевому приказу, отряд в составе 104 бойцов и командного состава выступил на выполнение полученного приказа. Приказом определен район действия: Корья - Савукоски, Келтярви - Алакуртти. Выполнение боевого задания мы проводили с учётом ошибок и недостатков первого похода в тыл врага. С целью обмануть противника и отвлечь его внимание от основных сил отряда, нами было принято решение послать две диверсионные группы и один взвод отряда в район действия первого похода с маршрутом движения по тем же азимутам с некоторым отклонением в местах предполагаемого расположения гарнизонов противника. Достигнув 9 сентября 1942 г. районов 5-й и 6-й погранзастав, отряд устроил базу в районе 5-й заставы с целью встреч возвращающихся с операции групп и оказания им соответствующей помощи. Для того чтобы не оказаться, как в первом походе, в затруднительном положении с продуктами, нами с первых дней строго лимитировалась выдача продуктов питания и была организована охота на оленей с тем, чтобы иметь дополнительное мясо. Таким же образом был решён вопрос с питанием. Задуманный план наших действий полностью оправдал себя: отряд выполнил поставленную боевым приказом задачу без потерь личного состава. 5 сентября на выполнение боевого задания выступили группы тт. Конышева и Аликина. 9 сентября с места расположения базы выступила группа тов. Третьякова. Задача групп: достигнув района 9-10-го разъезда, совершить диверсию на железной дороге, спустить под откос идущий на фронт военный состав и поджечь его. Оставшуюся живую силу расстрелять, захватить документы и пленного. Группа тов. Конышева 9-10 сентября достигла района действия и в течение двух дней занималась разведкой для себя и для частей Красной Армии. 12 сентября на заминированном группой тов. Конышева мосту взорвался железнодорожный состав, идущий на фронт. В результате взрыва полностью разрушены паровоз с тендером и 7 вагонов, остальные вагоны пошли под откос и сожжены. На протяжении 30 минут группа в упор расстреливала оставшуюся живую силу. Только после того, как противник начал усиленно обстреливать группы, тов. Конышев дал команду на отход. Группа тов. Конышева поставленную задачу выполнила на «отлично» и без потерь возвратилась на свою базу. По пути отхода, который в начале совершён группой вглубь тыла противника, разрушено около километра телефонной связи и заминирована автогужевая дорога. Группа тов. Третьякова достигла района действия 15 сентября и обнаружила себя перед финским охотником. Поэтому принято решение отойти 15 километров в сторону и совершить диверсию в другом районе на второй день, что и было сделано. Недостатком группы в этой операции необходимо признать то, что паровоз воинского эшелона на установленных группой минах не взорвался, взорвались только последующие вагоны. Поэтому состав после 5-10-минутной остановки тронулся, и группе пришлось обстреливать и поджигать фашистский поезд в движении. В результате проведённой операции выведен из строя паровоз, подожжено 16 вагонов, платформ и две цистерны с горючим. ?Опыт этих двух групп, их положительные стороны и недостатки, был передан всему личному составу отряда. Следующая группа тов. Варлачёва при выполнении задания допустила ряд ошибок: замедление продвижения на марше, что отрицательно сказывалось на запасах продуктов, к 16-му району действия пришли с опозданием. Как на марше, так и во время выполнения задачи группа разведкой не занималась. 21 сентября, не произведя разведки района действий, группа заминировала дорогу и устроила засаду, но на рассвете, увидев, что находится на открытой местности в непосредственной близости к хутору и железной дороге станции Сарвиселькя, Варлачёв, не дождавшись поезда, отошёл. Шедший поезд взорвался на его минах тогда, когда Варлачёв находился в километре от железной дороги. Подойдя к железной дороге в другом месте, группа повторила прежнюю операцию с теми же ошибками. Таким образом, не выполнив задания, группа тов. Варлачёва возвратилась на свою базу. Сам Варлачёв на обратном пути остался от взвода в тылу противника и вернулся лишь через 10 дней. В результате выполнения боевого приказа командирования наш отряд спустил под откос 4 эшелона и один эшелон взорван, уничтожено около 900 гитлеровцев, взорвано 4 паровоза, 74 вагона, из них 19 пассажирских, две цистерны с горючим, две платформы с бензином, остальные теплушки с живой силой. Судя по этим результатам, мы уже научились действовать на железных дорогах. В противовес этому на шоссейных дорогах мы, повторяя прежние ошибки, действуем недостаточно решительно, начатое дело не доводим до конца. Группа тов. Пискова имела своей задачей в первом рейде совершить диверсию на шоссейной дороге с целью взорвать машину, расстрелять живую силу, взять документы и «языка» и возвратиться на свою базу. Исключительно хорошо проведённые подготовительные операции (марш, подход к объекту и разведка района действий) сказались к финишу; вследствие плохого минирования дороги и отсутствия завала через дорогу проходившая машина не взорвалась, и её упустили, успев только обстрелять, убив и ранив несколько человек немецких офицеров. Это - грубая ошибка командира Пискова. Проходящую машину с немецкими офицерами необходимо было независимо от действия мин обстрелять, забросать гранатами и, забрав трофеи и «языка», отойти. Ошибки группы тов. Пискова повторяет взвод тов. Пономарёва. В результате плохо проведённой разведки района действий взводу не удалось взорвать проходившую с живой силой машину. Они, как и группа тов. Пискова только успели обстрелять ее и возвратились обратно, не взяв пленного и документов. В результате проведённых операций на шоссейных дорогах нами взорвано 7 автомашин и обстреляно 3 автомашины. Общий итог проведенных нами операций во втором походе: — спущено под откос и взорвано 7 воинских эшелонов; — взорвано 4 паровоза; — уничтожено 74 вагона (из них 19 пассажирских, две платформы с горючим и две цистерны с горючим и 51 вагон-теплушка с живой силой); — взорвано и обстреляно 10 автомашин; — взорвано железнодорожных и шоссейных мостов 4; — разрушено телефонной связи 5400 погонных метров; — сожжён вражеский хутор; — уничтожено 924 вражеских солдат и офицеров. Продовольственный вопрос в этом походе решён хорошо на все время действий, за исключением группы тов. Варлачёва. Вопрос с боеприпасами и взрывчаткой также решён положительно. Имеющиеся недостатки компенсировались нашей изобретательностью. Противопехотные мины заменялись гранатой Ф-1, противопоездные мины заменялись колёсными замыкателями (инициатива тов. Вальдмана). Высокое политико-моральное состояние личного состава отряда обеспечивало выполнение боевого приказа командования. Воинская дисциплина в этом походе была приведена в надлежащий порядок. Мне, комиссару и всему личному составу отряда пришлось много поработать над укреплением воинской дисциплины. Одного нарушителя-предателя за сон на посту и членовредительство пришлось расстрелять. Выступили: 1. Комиссар отряда тов. Майзер: Выполнению боевого приказа командирования помогло развернутое нами социалистическое соревнование, в которое включились все группы и взводы отряда. Политико-массовая работа среди личного состава отряда, проведённая во время подготовки ко второму походу, и разбор ошибок первого похода также способствовали выполнению приказа командирования. В результате проведенного соцсоревнования все пункты договора выполнены. Первое место в соцсоревновании заняла группа Конышева, выполнившая задание на «отлично». Все бойцы отряда показали себя честными и до конца преданными делу Коммунистической партии, делу социалистической Родины. Многие бойцы показали себя способными организаторами и командирами, в результате чего мы выдвинули на руководящие посты: бывшего повара отряда тов. Климова на должность политрука взвода, он также избран секретарем парторганизации; тов. Костылев выдвинут на пост помощника командира взвода, который на переправе через реку Тетюки при низкой температуре воды достал лодку, перебравшись вплавь через реку и благополучно переправил весь взвод. Некоторые бойцы, как тов. Феофилов в последней операции вел себя как честный, самоотверженный боец-партизан. Тов. Близнин, скомпрометировавший себя в первом походе, во втором походе исправился и с честью оправдал себя в последней операции. Тов. Тетерин искупил свою вину, совершённую в первом походе, выразившуюся в невыполнении задания. Воинская дисциплина личного состава отряда по сравнению с первым походом намного улучшилась, над укреплением которой работали все. Бойцы поняли большое значение маскировки в тылу врага, как на марше, так и во время выполнения боевой операции и на базе. На базе были оборудованы хорошие теплые землянки, где бойцы, придя с операции, ймели возможность хорошо отдохнуть. Расстрел бывшего партизана - изменника и предателя Смирнова, всем личным составом воспринято единодушно как правильное решение. Хорошо оборудованная база давала бойцам хороший отдых после возвращения с операции, бойцы имели культурный и опрятный вид, регулярно брились и имели хорошее питание мясом. Охоту проводили с мелкокалиберной винтовкой, что очень важно для маскировки. За этот период отряд съел 70-80 пудов дополнительного мяса. 2. Тов. Тетерин: В первый поход я не выполнил боевого приказа командования, за что был снят с должности начальника штаба отряда и крепко наказан. Я дал твёрдое слово партизана, что исправлюсь и славное имя партизан оправдаю в следующей операции. Будучи пулемётчиком и командиром отделения, во втором походе я самостоятельно обстрелял невзорвавшуюся на поставленных нашей группой минах автомашину, убил при этом 8 человек немецких офицеров и поджёг машину бронезажигательными пулями. Во время подрыва поезда на железной дороге я заранее занял выгодную позицию и после взрыва открыл огонь из бронезажигательных патронов, вследствие чего поджёг состав и убил около 20 человек гитлеровцев. Всего в двух операциях мною лично убито 25 солдат и офицеров противника. 3. Тов. Варлачёв: Командир отряда в своем докладе отметил мне ошибки при выполнении боевого приказа, что вполне справедливо. Брошенное мне обвинение считаю правильным и вполне признаю его. К выполнению задачи я приступил, не произведя разведки. Заминировав дорогу метров 800 от станции Сарвиселькя, я на рассвете установил, что нахожусь в непосредственной близости от хуторов и в 200 метрах от шоссейной дороги. С целью того, чтобы не обнаружить себя, я дал приказ на отход. Отойдя с километр, я услышал стук идущего поезда и взрыв мною установленных на железнодорожном полотне мин. Что произошло с поездом, я не знаю, так как разведки в район взрыва не послал. Перейдя на другую сторону станции Сарвиселькя, я повторил ту же операцию с теми же ошибками и, будучи обнаруженным, отошёл, не выполнив поставленной командованием задачи. Даю обещание исправить свои ошибки в очередных операциях. На обратном пути, подойдя к реке Тенниейоки, я почувствовал сильную боль в ноге. Дав команду помощнику тов. Костылеву вести людей к переправе и подготовить эту переправу, сам со связным Кичёвым остался в 500-700 метрах от переправы. Прибыв через некоторое время к тому месту, мы свой взвод не нашли и только по выходе на базу убедились, что взвод переправлялся в другом месте, так как на предполагаемой переправе не оказалось лодок. Я с Кичёвым находились за рекой около двух суток, а затем, не найдя взвода, выше хутора сделали переправу и форсировали реку. Идя по направлению своей базы, мы невдалеке от реки натолкнулись на хутор. Осмотрев и убедившись, что он необитаем, мы зашли в помещение, где нашли признаки присутствовавших людей (заправленные койки, часы на ходу, швейная машина и другое имущество). Забрав сухарей, мы оставили хутор и прибыли на свою базу. Медлительность движения на Слюду объяснялась тем, что я плохо себя чувствовал, болела нога, суточный переход в среднем был не более 5 километров. 4. Тов. Толстухин: Подойдя к железной дороге, не производя предварительной разведки, мы заминировали железную дорогу, минут через 7—10 по дороге прошел контрольный паровоз и вслед за ним состав порожняка, но не взорвался на установленных нами минах. На рассвете мы увидели, что находимся на открытом месте, командир взвода тов. Варлачёв дал команду на отход, против чего я возражал, но тов. Варлачёв повторил приказ и увёл взвод от дороги в лес. Отойдя с километр, мы услыхали взрыв на установленных нами минах, взорвался по счёту третий состав, идущий на восток. Разведки на место взрыва для установления результатов мы не выслали. Перейдя на другую сторону станции Сарвиселькя, командир взвода дал приказ вторично заминировать железную дорогу, не произведя предварительной разведки, как и в первый раз. Заминировал вторично железную дорогу, командир взвода отвёл взвод на 600-650 метров и уложил спать в ожидании поезда. Наши мины, видимо, были обнаружены, так как шедший поезд, не дойдя километра, остановился. По приказу командира взвода мы выступили в обратный путь. У реки Тенниейоки тов. Варлачёв дал приказ помощнику командира взвода тов. Костылеву переправиться через реку со взводом и двигаться дальше, а сам с бойцом Кичёвым остался у реки. Когда я узнал, что с нами нет тов. Варлачёва, мы организовали поиски, но так и не нашли его и без командира взвода решили пойти на свою базу. 5. Тов. Кичёв: Командир взвода, поручив помощнику командира взвода тов. Костылеву вести взвод на переправу, а мне велел остаться с ним. Не видя взвода на переправе, я сказал командиру, что нам необходимо идти на переправу, но он, ссылаясь на боль ног, на переправу не пошёл и остановился на сеновале. Взвода я не нашёл. Утром мы спрятались от наблюдения с деревни, а ночью переправились через реку и пошли на базу. 6. Тов. Кузнецов: Спор между политруком тов. Толстухиным и командиром взвода о том, чтобы остаться у железной дороги, был. Политрук и я говорили о необходимости остаться у железной дороги и после взрыва поезда на установленных минах уничтожить оставшуюся живую силу и поджечь вагоны, захватить документы и «языка» и отойти. Тов. Варлачёв сказал, что если вам нужны побрякушки, то вы оставайтесь, а я с взводом отойду, что им было и сделано. 7. Тов. Конышев, командир спецгруппы: На выполнение боевого задания командования отряда я выступил 5 сентября 1942 г. с группой в 9 человек молодых ребят 1924-1925 годов рождения, не участвовавших в операциях. В тыл противника я продвигался равномерно с целью максимально сохранить силы бойцов к приходу на место действия. На марше вёл разведку и усиленное охранение (головной дозор, боковые и тыловые) с целью в любую минуту принять круговую оборону при встрече с противником. Все уязвимые места проходил исключительно ночью, с замедленным движением, чтобы внезапно не нарваться на противника. Реки форсировал с тщательной, требовательной маскировкой и разведкой. На больших привалах выставлял усиленную охрану. Всё это дало возможность подойти к объекту действия совершенно незамеченным 9 сентября 1942 г. Подойдя вплотную к шоссейной дороге, занялся разведкой. Мною установлено, что машины движутся по дороге колоннами по 3-4 машины только днём. С 11 на 12 сентября (ночью), переходя шоссейную дорогу, минировал мост миной замедленного действия. В туже ночь перешёл железную дорогу и минировал железнодорожный мост 15 килограммами тола, отошёл вглубь под носом у противника и установил наблюдение за движением поездов и местностью. 13 сентября установил два колёсных замыкателя и начал ожидать поезда. Поезд, идущий на фронт, взлетел на воздух вместе с мостом, вагоны полезли друг на друга. По выскакивавшим фашистам открыл ружейно-автоматный огонь и забросал гранатами. Обломки вагонов поджёг термитными шариками. Отошёл только после того, как подошедшее подкрепление противника открыло по нам огонь. Одновременно был слышен лай приближающихся собак. При отходе взял бинокль убитого офицера. Отходя, минировал свои следы остатком гранат Ф-1, на одной из которых взорвалась преследовавшая нас собака. На пути отхода в лесу два раза сталкивался с преследовавшим меня противником. От преследования ушёл без потерь и 23 сентября пришёл на свою базу. Тов. Писков: 9 сентября 1942 г. получил приказ выйти на шоссейную дорогу КоталаКуолаярви с задачей взорвать машину, расстрелять оставшуюся живую силу, захватить «языка» и трофеи. 15 сентября прибыл к объекту действий. Хорошо проведённая разведка, устройство засады сказались недостаточной маскировкой установленных мин, так как машина не взорвалась - обошли мины. После этого по машине был открыт пулемётно-ружейный огонь с бронезажигательными патронами, в результате чего живая сила - немецкие офицеры убиты, а машина подожжена, «языка» и трофеев* не взяли. Я признаю свои ошибки, допущенные мною при этой операции: первое - минировал только одну колею; второе - не остановил машину после того, как она миновала мины; третье - не достал «языка» и документов. Боевой приказ на выполнение задания получил 1 октября 1942 г., в тот же день вышел на выполнение этого приказа. Район действий - 9-й и 10-й разъезды. К объекту действий прибыл 4 октября. Задача - совершить диверсию на железной дороге. Разведкой выбрано место для совершения диверсии, также установлено время прохождения поездов. На установленной 16-килограммовой мине с колёсным замыкателем взорвался поезд с живой силой, шедший на фронт. По оставшимся вагонам открыл огонь с пулеметов, автоматов и винтовок. Передние вагоны разлетелись в щепки. Через 5-10 минут противник открыл по нам огонь, после этого я отошёл, минируя пути отхода. Несколько раз наталкивался на гарнизоны противника, но оставался незамеченным. На свою базу возвратился в установленное время. 9. Тов. Климов: Судя по итогам проведённых операций, во втором походе мы многому научились и нанесли значительный ущерб врагу, разрушая коммуникации и уничтожая живую силу. Наряду с этим, необходимо указать на существенные недостатки в нашей работе, а именно: 1. Недостаточное знание материальной части автоматического оружия и плохой уход за ним, что приводило к отказу в работе во время боя. 2. Зачастую неравномерное расходование продуктов ставило отдельные группы в затруднительное положение к концу выполнения задачи. 3. Имелись случаи демаскировки как на базе, так и в районе действий. 4. Недостаточное знание в отдельных случаях подрывного дела, что приводило к нежелательным потерям личного состава, как, например, из группы Конышева. Все эти недостатки необходимо учесть, чтобы не повторить в очередных операциях. Первоочередными задачами личного состава отряда должно быть: максимально использовать время отдыха для подготовки к очередным операциям в условиях суровой заполярной зимы. 10. Тов. Третьяков: Я хочу рассказать об ошибках и недостатках, которые мы допустили во время наших действий, а именно: 1. В отдельных случаях несоблюдение правил маскировки. 2. Плохо организовали и мало занимались разведкой, как на марше, так и в районе действий. 3. Теряемся при неожиданной встрече с противником и даже с отдельными финнами. 4. Мало захватываем документов и пленных, а также трофеев. 5. Иногда плохо минируем железную дорогу и мало знаем ПМС. 6. Не всегда доводим начатую операцию до конца, особенно это относится к нашим действиям на шоссейной дороге. Все эти недостатки и ошибки, я считаю, необходимо устранить в очередных операциях. 11. Тов. Аликин: 4 сентября я совместно с тов. Конышевым получил боевой приказ и 5 сентября выступил на выполнение его. 11 сентября достиг района действий. При минировании железной дороги мои минёры подорвались на своих минах. Мои ошибки состоят в том, что я переоценил своих бойцов и после взрыва не проверил, что произошло на месте взрыва, а дал команду на отход. Командование отряда обвинило меня в трусости, но я заявляю перед совещанием, что этого не было, все мои распоряжения были сознательными. Хочу заверить совещание, что в следующих операциях я постараюсь устранить допущенные мною ошибки. 12. Комбриг тов. Вершинин: Первое мое замечание заключается в том, что личный состав отряда недостаточно подготовился к разбору операции в смысле передачи опыта наших действий присутствующим здесь молодым в этом отношении партизанам. Установлено, что разбор операций является лучшей школой подготовки личного состава, и в особенности вновь прибывших товарищей, к предстоящим операциям в зимних условиях. Зима намного затрудняет наши действия в тылу противника. Для того, чтобы подготовить личный состав для боевых действий в тылу противника в зимних условиях, необходимо принять к руководству следующие мои указания: 1. Сейчас же приступить к занятиям на воздухе, приучить к морозу личный состав и избежать случаев обмораживания. 2. Начать усиленную тренировку на лыжах, как в горной местности, так и на равнине. При этом учесть, что противник техникой лыжного спорта обладает хорошо. Поэтому все наши занятия по лыжной подготовке должны сводиться к тому, чтобы в совершенстве владеть всеми видами движения и действий бойцами, поставленными на лыжи. 3. Надо научить бойцов стрельбе с разных положений на лыжах, стоя, с колена, лежа, передвижения в этих положениях и т.д. 4. Надо научить бойцов и командиров тому, чтобы последние умели расставить силы своей группы для засад на дорогах и лыжнях противника, обеспечивающих возможность разгрома групп противника, захват пленных и обработку трофеев и документов, т.е. пересмотреть и взять то, что представляет наибольшую ценность с точки зрения пополнения вооружения, важности документов для штаба партизанского движения и приобретения группой для себя обмундирования в целях маскировки. 5. До сих пор большинство действий групп на шоссейных дорогах ограничивалось в лучшем случае обстрелом автомашин противника, совершенно отсутствуют такие случаи, когда автомашины противника останавливались, машины сжигались, а трофеи захватывались нашими группами для себя. 6. Необходимо обратить особое внимание на дисциплину марша, которая заключается в том, чтобы подготовить личный состав к нормальному отдыху перед началом действий группы и стремительному отрыву от объекта после выполнения задания. В пути движения должна быть обеспечена полная маскировка, не допускать шума и огня. Практиковать применение сигнализации команд и не допускать отставания. Одним из важнейших элементов маскировки Должна быть организа?ция привалов. Когда на местах отдыха остаются признаки пребывания партизанских групп (клочки газет, окурки махорки, обертки концентратов, места костров и др.), противнику легко установить, не только кому принадлежит прошедшая группа, но и подчас количество этих групп. 7. Были и могут быть такие случаи, когда посланная в разведку группа, не достигнув намеченной цели и пытаясь обмануть командование, дает вымышленные сведения о противнике, вводит в заблуждение командование и ставит тем самым отряд в критическое положение. Такие случаи надо рассматривать как факт предательства. Для этой цели надо тщательно шлифовать существующие разведвзводы в вопросах разведки огнём, наблюдением и опросом пленных. 8. Непременным условием успеха групп и отрядов является регулярная радио - и наземная связь с командованием. Часто в отрядах эта связь отсутствует, в особенности с представительством Штаба партизанского движения. Одной из основных причин отсутствия радиосвязи является безобразное отношение к радиоаппаратам со стороны радиоспециалистов и отсутствие соответствующего ухода за ними. 9. Надо добиться того, чтобы каждый командир отряда и его заместитель по разведке заранее подготовляли следующие операции для отряда, с этой целью добытые разведданные должны быть полностью использованы в первую очередь для себя. 10. Для того, чтобы личный состав был убеждён в своем оружии, добиться соответствующего ухода за ним и хранения. Из всего вышеизложенного следует, что успех в предстоящих операциях зимой зависит от степени подготовки личного состава отрядов, в этом направлении должны быть направлены усилия командиров и политработников. Председательствующий - начальник оперативной группы майор Кузьмин Командир партизанского отряда «Полярник» Подоплёкин Источник: ГААО. ОДСПИ. Ф. 3773. Оп. 2. Д. 17. Л. 1-20. Заверенная машинописная копия. (2010) Архангельские партизаны в Карелии (1942-1944) - Стр.49-57
 
37

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасибо!Мы прочитаем Ваше сообщение в ближайшее время.

Ошибка отправки письма

Ошибка!В процессе отправки письма произошел сбой, обновите страницу и попробуйте еще раз.

Обратная связь

*Политика обработки персональных данных