Шрифт:
Размер шрифта:
Межсимвольный интервал:
Межстрочный интервал:
Цветовая схема:
Изображения:

Протокол совещания командного начальствующего состава партизанских отрядов «Полярник», «Большевик», «Сталинец», посвященного разбору операции, проведенной с 14 декабря 1942 г. по 10 января 1943 г.

Отчёты, Справки, Протоколы, Акты

Дата: 2 февраля 1943 г. Страна: СССР Секретно Председатель подполковник тов. Федоренко Секретарь тов. Юдин Информация подполковника тов. Федоренко о цели совещания. Выступления: Калашников - начальник штаба партизанского отряда «Полярник»: задачу на совершение диверсий на железной дороге Сарвиселькя - Куолаярви получил от командира сводного отряда Подоплёкина. Движение к выходу на объект было изменено в связи с тем, что трудно было прокладывать лыжню по глубокому снежному покрову. Таким образом, командование в пути я взял на себя. К дороге подошли благополучно и противником не были обнаружены. Подготовка к взрыву была проведена своевременно, но из-за медлительности минёров полотно железной дороги не было своевременно заминировано и пропущен поезд. Заминировав полотно железной дороги, ждали второй поезд, но стало светло, и заряд по моему приказу был снят, и стали отходить. Когда сняли заряд и отошли, прошёл второй поезд. Снять заряд я приказал потому, что хотели заминировать железнодорожное полотно на следующую ночь, но, проверив наличие продуктов, обнаружил, что у большинства людей были на исходе продукты, в частности, отделение Петухова не имело уже продуктов. Когда мы подошли к железной дороге, я решил группу вести на базу, не выполнив задания. Манойлов - начальник штаба партизанского отряда «Большевик»: задачу на совершение диверсии получил от командира партизанского отряда «Большевик» Кокоры. Двигались в составе трёх групп и шли до шоссе Савукоски - Куолаярви. Здесь мы продолжали движение в составе двух групп, т.е. с тов. Беловым. Затем мы разделились и с Беловым, который пошёл в район восточнее Торпа, а я западнее Торпа. Дороги достиг 26 декабря 1942 г. Выслал разведку к железной дороге, но примерно в 4 часа утра заметили перебежки наперерез нам, и я, чтобы не обнаружить себя, отошёл. Затем на вторую ночь мы пошли снова к железной дороге и послали разведку, которая заблудилась. Я пошёл с Третьяковым к железнодорожному полотну, но были обнаружены часовым железнодорожного моста и, таким образом, заминировать дорогу не удалось, а также и выполнить задание. Продуктов у людей уже не было. Я решил вести группу на базу. При движении от истощения и холода умерло 9 человек. 1-го числа догнали группу Пономарёва и 8 января 1943 г. вышли на 5-ю заставу. Подоплёкин: задача была поставлена реально? Манойлов: да, реально. Я задачу знал. Подоплёкин: продукты были получены по 29 декабря 1942 г. Как расходовались продукты и когда стали умирать товарищи? Манойлов: первый смертный случай произошёл 29 декабря 1942 г. Продукты расходовались бесконтрольно. Кузьмин: чем главным образом объяснить смерть товарищей? Манойлов: от недостатка продуктов, которые раньше времени израсходовали, и из-за отсутствия огня. Подоплёкин: была ли возможность достать продукты на шоссейной дороге? Манойлов: да, была. Федоренко: на чьей совести лежит смерть 9 товарищей? Манойлов: плохо установили контроль за продуктами. Моя вина как командира. Ипатков - заместитель командира партизанского отряда «Большевик»: задача получена с 15 на 16 декабря 1942 г. действовать в группе прикрытия в районе Сайя. В районе шоссейной дороги Савукоски - Куолаярви я пропустил все группы, которые я прикрывал. Успеть организовать засаду не удалось, и поэтому был пропущен велосипедист. 25 декабря 1942 г. вечером организовали засаду на шоссейной дороге. В 9 часов показалась автомашина. Дана предварительная команда для нападения на машину. В момент прохода машины пулемёт отказал, и машину обстреляли только из автоматов и винтовок. После пропуска машины засаду снял, и стали отходить для того, чтобы организовать засаду на новом месте. Противник стал преследовать. Были убиты два товарища. Принял решение не вступать в открытый бой, запутывать след. При уходе я с группой натолкнулся на аэродром, где находились семь самолётов, но уничтожить их не удалось. 27 декабря 1942 г. преследование прекратилось, и 8 января 1943 г. прибыли на 5-ю заставу. Федоренко: сколько расстреляли людей? Ипатков: троих: Устрицова, Шлыкова, Лазарева. Подоплёкин: Вы Лазарева видели, и имелась ли возможность ухода его к противнику? Ипатков: Лазарева я видел и наблюдал всё время за ним. Уход к противнику был возможен, хотя мы и находились в 30 км от 5-й заставы. Кузьмин: по дороге проходили подводы, велосипедисты. Была ли возможность захватить пленного? Ипатков: Захват пленного возможен был на дороге, но велосипедиста захватить мы не успели, т.к. запоздали организовать засаду. Федоренко: почему не напали на аэродром? Ипатков: из 15 человек - 7 слабых бойцов, и я не решился нападать, не будучи уверен в том, что я благополучно оторвусь от противника. Федоренко: как проводили политмассовую работу в отряде? Ипатков: работа велась в соответствии с выполнением предстоящей задачи. Федоренко: какие потери вооружения имеет ваш отряд? Ипатков: к стыду моему сейчас не могу вам сказать Невзоров - заместитель командира по разведке партизанского отряда «Полярник»: задачу на разведку района Корья, её гарнизона получил от командира сводного отряда тов. Подоплёкина. Достичь район Корья мне не удалось по причине наличия 8 обмороженных и крайней усталости личного состава. Организовав засаду на лыжне, просидел 17 часов, но противника не показалось. Я решил группу отвести на 5-ю заставу. Подоплёкин: почему не били финнов, которые пришли к вам? Невзоров: не стреляли потому, что я считал, что это финская разведка, а основные силы где-нибудь находятся поблизости. Федоренко: почему не ходил на следующую операцию? Невзоров: был больной. Сажин - командир взвода партизанского отряда «Сталинец»: получил задачу на совершение диверсии от командира отряда Цветкова. 15 декабря 1942 г. я с группой вышел из Слюды. 25 декабря 1942 г. под общим командованием тов. Афанасова мы достигли неизвестной нам речки, где были проверены продукты, которых у большинства личного состава не было. Тов. Афанасов решил вернуть группу, т.к. до железной дороги было большое расстояние, а продуктов не было уже у большинства. При обратном следовании на 5-ю заставу от истощения умерли 5 человек, и взорвался на мине Иванов. Всего погибло 6 человек. Кузьмин: в каком положении оставили людей в шалаше? Сажин: Каев мог обслужить этих товарищей. Федоренко: вы предполагали, что они погибнут? Сажин: нет, не предполагал. Я считал, что застава находится не дальше 8 км. Афанасов - заместитель командира по политчасти партизанского отряда «Сталинец»: задачу получил от командира тов. Цветкова. В мою задачу входило возглавить командование тремя группами до озера Ениярви, откуда Сажин идёт по своему азимуту, а я присоединюсь к группе Полякова. Кузьмин: вы не повторяйтесь, а ответьте на такие вопросы: первое - почему не выполнил приказ? Второе - почему такие потери? Афанасов: первое, что следует сказать, что личный состав плохо подготовлен ходить на лыжах по пересечённой местности, поэтому двигались медленно. Второе - преждевременно израсходовали продукты. Третье - потеряли ориентировку и цели не достигли. По этим причинам приказ был не выполнен. Федоренко: кого вы расстреляли и за что? Афанасов: за факты отказа выполнить приказ и отказ стать на пост был расстрелян боец Мешалкин. Подоплёкин: боец Мешалкин не имел жалоб на внутренние болезни? Афанасов: нет. Саносмотр показал, что он здоров. Федоренко: вы могли Мешалкина вывести на базу? Афанасов: да, но он отказывался идти, ссылаясь на болезнь. Поляков - начальник штаба партизанского отряда «Сталинец»: невыполнение приказа объясняется слабой тренировкой личного состава ходьбе на лыжах. Особо мучили нас горы. Бойцы становились замученными. Двигались медленно. Израсходовали преждевременно бесконтрольно продукты. По этим причинам не выполнили приказ. Подоплёкин: на сколько дней получили продукты? Поляков: я получил на 10 дней. Сажин на 12 дней. Кузьмин: вы, как командир, стремились выполнить приказ и, как начальник штаба, обеспечили его? Поляков: да, но как начальник штаба я не имел достаточно опыта в организации и руководстве, учтите, что я также первый раз участвую и не представлял всех трудностей, которые возникли при походе. Подполковник тов. Федоренко - выводы: 1. Все операции групп не были достаточно продуманы и подготовлены, а наличие неорганизованности при выполнении привели к горьким результатам. Не учли опыт прошедших операций в зимних условиях, расчёт на марш зимой был взят неправильный. 2. Неудачно подобраны командиры, возглавлявшие группы, которые допустили бесконтрольное расходование продуктов, крайне слабую организацию в группах. Допустили наличие большого количества фактов расстрела, преступную безответственность за потерю людей. 3. Больше заниматься воспитанием личного состава на опытах, которые имеются в отрядах. Больше и упорнее заниматься людьми и меньше заниматься расстрелами. Потери, понесённые в результате операции, явились горьким уроком, и в дальнейшем задача состоит в том, чтобы не допускать таких потерь при выполнении боевых заданий. Потери должны быть оправданы. 4. По-командирски, со всей ответственностью следить за боевым имуществом, проявляя хозяйственное чутьё и бережливость, помня о том, как дорого обходится для страны всё выдаваемое имущество. 5. Сейчас развернуть усиленную подготовку личного состава, вооружения и снаряжения для выполнения предстоящей боевой задачи. Председатель Федоренко Секретарь Юдин Источник: ГААО. ОДСПИ. Ф. 3773. Оп. 2. Д. 17. Л. 27-35. Машинописная заверенная копия. (2010) Архангельские партизаны в Карелии (1942-1944) - Стр.62-65
 
38

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасибо!Мы прочитаем Ваше сообщение в ближайшее время.

Ошибка отправки письма

Ошибка!В процессе отправки письма произошел сбой, обновите страницу и попробуйте еще раз.

Обратная связь

*Политика обработки персональных данных